Пустошь

На полу беспорядочно валялись мусор, грязное тряпьё, сломанные детали и железные кругляхи. Кан был просто поражён: некоторые банды рвут друг другу глотки ради железа, а в этом гараже оно валяется на полу, как никому не нужный хлам! И ещё, всё в гараже казалось каким-то запылённым, грязным, в каких-то пятнах, словно от белил, он казался заброшенным, хотя было ясно, что Айза проводит тут много времени.

– Впечатляет, да? – девушка крутанулась и раскинула руки, подразумевая гараж. От этого движения её майка слегка задралась и обнажила белый клочок кожи у самых ягодиц.

Чёрт побери, она просто… Он глаз не мог от неё оторвать, словно она его гипнотизировала. Было в ней что-то, что-то особенное, чего, возможно, нет у других. И это стойкое ощущение, ощущение тайны, скрывающейся в этой девушке, – оно не давало Кану покоя, цепляло за душу и куда-то тянуло. Не просто куда-то – к ней.

– Несомненно, – с трудом выдавил Кан.

– Всё это у меня благодаря Сету, – она обвела рукой гараж.

– Я слышал, ты его дочь…

– Да, единственная, – она повернулась к нему лицом.

Кан потёр руки и обернулся на Рала. Тот пока не очнулся.

– Ты час назад была готова меня убить, – сказал Кан. – И его тоже, – он кивнул на Рала.

Айза, прошептав под нос что-то вроде молитвы, прислонила топор к стене и подошла к Кану ближе, так, что их взгляды пересеклись. Кана передёрнуло. Чёрт побери, это уже слишком.

– Но ведь не убила.

Она мягко оттолкнула его с дороги и присела на капот автомобиля, согнув раненую ногу в колене.

– Может, тебя это заинтересовало? – она мотнула головой, чтобы отбросить волосы с лица, и откинулась назад. – Ну давай, спроси. Почему я вас не убила?

– Ну и почему же? – Кан стиснул зубы.

– Я не знала, что Странники такие податливые, – произнесла Айза и прогнула спину. Да она же с ним играется, проклятье! – Да, я вас не убила.

Она схватила его за ворот пальто и рывком притянула к себе. Теперь он был к ней так близко, что почти касался грудью. А потом он посмотрел ей прямо в глаза, и…

Её глаза… они были неестественные, ненормальные, они пугали и завораживали одновременно. Огромный, невероятно огромный чёрный омут зрачка, лишь по самым краям подёрнутый голубой радужкой.