Фабрика Искусств

Вик зашел в мою комнату, когда я уже зашнуровала второй сапог. Встал на пороге и застыл. Я почувствовала его взгляд и подняла глаза.

– Ты что, собираешься в этом идти на работу?! – прорезался парень.

Я непонимающе похлопала ресницами, оглядела шнуровку, одернула юбку, и вопросительно уставилась жениха.

Тот скривился, решительно подошел и положил руки мне на талию. Затем его пальцы медленно двинулись вверх. Корсет заканчивался под грудью, эту самую грудь очень красиво подчеркивая. Именно там руки Вика и застыли.

Я тут же сбросила его наглые ладони и вопросила:

– Вик, в чем дело?

– Ты в зеркало на себя смотрела? – гневный вопрос.

– Смотрела. Дважды, – отвечаю, уже теряя терпение.

– И ты пойдешь в этом?

– Да! А в чем дело? – все еще пытаюсь понять причину его недовольства.

– Хельга, – угрожающе начал жених, – я не желаю, чтобы все вокруг таращились на твою грудь и твою талию, затянутую вот в это!

Я демонстративно закатила глаза. На что услышала гневное:

– Переоденься!

Я тяжело вздохнула, вывернулась из объятий и вышла из комнаты.

Вик остался стоять, где стоял. Оказавшись в коридоре, я прихватила уже приготовленную папку с эскизами и рулон с тканями, и уже собиралась выйти за дверь, но в последний момент меня довольно ощутимо схватили за локоть.

– Хельга! – до крайности возмущенный голос Вика.

– Вик, прекрати, пожалуйста, я уже опаздываю, – и, резко высвободив руку, я шагнула за порог.

Решила пройти до фабрики сегодня пешком, проветрить голову и успокоиться.

Да, я злилась. И что это такое было, хотела бы я знать? Вот только сцен ревности в наших отношениях и не хватало!

А мне было очень сложно сейчас между прочим. Привычная студенческая жизнь к большому сожалению закончилась. И вот я уже иду не в знакомую и ставшую родной за пять лет обучения Академию, а на совершенно незнакомую фабрику с чужим коллективом и руководством с непонятными претензиями. И мне сейчас лишний нервоз совершенно ни к чему, и без того волнительно и страшно.

Эти собственнические замашки Вика иногда просто бесят! Мне сейчас не выяснение отношений нужно, а совершенно иное – поддержка и участие. Я тяжело вздохнула.

“Вот скоплю денег, – мстительно подумала я, – куплю билет на аэростат и полечу к маме”.

Я мечтательно представила, как однажды ворвусь в родительский дом, прямо с порога крепко обниму и расцелую мамочку, потом в свою очередь распахнет мне навстречу объятия папа, а я прижмусь к такой надежной, широкой груди.