Невеста вампира, или Пропавший договор Князя Тьмы

Глава 2. Незваный гость

Мужчины отметили мундир с генеральскими плетёными погонами и белым двуглавым орлом, а женщины – притягательную зрелую красоту вошедшего.

На вид ему было лет тридцать пять-сорок. Светлая кожа, оттеняемая иссиня-чёрными волосами, казалась смертельно бледной при свете свечей. Он был на голову выше всех присутствующих, что позволяло увидеть сразу всех в зале. Гость задержался в дверях, словно давая возможность рассмотреть себя. Казалось, он не чувствовал неудобство от слишком пристального внимания окружающих.

Церемониймейстер представил запоздавшего гостя:

– Князь Фредерик Цельский.

Никому из присутствующих это имя не было знакомо. Все гости, находящиеся в зале, замерли в ожидании. Но хозяева не выказали радушия к прибывшему гостю и зародившийся было интерес к новому лицу сменил следующий танец.

Если бы присутствующие были более любопытны и следили не только за генералом, но и за хозяйкой замка, то поразились бы увиденному.

Милица почувствовала угрозу, исходившую от этого необычного гостя. Ещё более странным оказалось, что Невзор прекрасно знал князя. Он первый подошёл к нему, согнувшись в поклоне и, не поднимая глаз, что-то зашептал на ухо.

Гость вальяжно шествовал через весь зал к хозяйке замка, слушая поручика. Князь бросил беглый взгляд на них с Андрием и буквально на секунду лицо его исказила гримаса гнева.

Наконец-то выслушав доклад офицера, князь добрался и до графини. Милица, внимательно следившая за бабушкой, увидела, что она стала бледнее, чем опоздавший гость.

Князь Цельский картинно развёл руки:

– Дорогая Бажена, как я рад тебя видеть.

– Не могу сказать того же о себе, князь. Вы опоздали на бал, разыскивая ваши манеры? Иначе, чем можно объяснить столь фамильярный тон? Либо вы, любезный князь, всё же вытаскиваете на свет божий те манеры, которыми славитесь, либо я попрошу покинуть нас.

– Время летит, а вы, дорогая графиня, становись всё язвительнее.

Взгляд, которым наградила его старая графиня, мог заставить поперхнуться словами любого наглеца. Её остроумие и сарказм были известны далеко за пределами графства. Даже король старался вести себя прилично, если рядом находилась графиня Войнович.