Целительница для некроманта

Слушай только своё сердце, оно не обманет». Я хочу у неё спросить, что значат её слова, как просыпаюсь.

Странный сон. Бабушка умерла до того, как степняки сожгли деревню и продали меня в рабство. Она никогда мне не снилась, как бы я не просила её о помощи. Первый раз она пришла ко мне и с такими странными словами.

Необычная жизнь! Если бы ты знала бабуля, насколько она сейчас необычна. Я светлая целительница, пусть и не оканчивала Академию, но кое-чего умею, в рабстве не просто у тёмного мага, а у некроманта.

Глава 3. В пути

Выехать пораньше у нас не получилось. Ещё две недели я не могла встать с постели. А некромант, называть его по имени я так и не решилась, заботливо ухаживал за мной. Давал лекарства, кормил разными яствами.

Даже непонятно, кто из нас господин, а кто раб.

Перед отъездом маг купил мне одежду: тёплые сапоги, шапку, перчатки и меховой тулупчик.

Выезжаем на рассвете из этого забытого богами городишки. Я впервые сижу верхом. Тёмный купил мне смирную лошадку.

Я со страхом сажусь на неё. Хитрая кобыла чувствует мою неуверенность и начинает гарцевать. Мы трогаемся, и мне кажется, что лошадь сбрасывает меня. От страха судорожно ищу, за что бы ухватиться руками. Любое лишнее телодвижение пугает.

Некромант сначала иронично улыбается, глядя на мои страдания, потом объясняет, что лошадь ничего против меня не имеет, и мне просто надо расслабиться. Хорошо ему говорить, а я сползаю то влево, то вправо, седло ледяное, я то хватаюсь, то отпускаю седло, но и так и так всё равно трясёт.

– Ты что, никогда на лошади не ездила?

Я мотаю головой, уставившись на него испуганными глазами. Маг мрачнеет.

– Лучше бы тебе держаться за поводья, а не за седло, – говорит он мне. Подъезжает и показывает, как нужно управлять лошадью. Полдня мы едем с черепашьей скоростью. Я учусь верховой езде.

Где-то в глубине души я благодарна некроманту за то, что он заставил меня надеть тёплые мужские штаны.

Мороз пытается забраться мне под одежду, но меховые одёжки хорошо хранят тепло.

Вспомнила, как наотрез отказывалась надевать мужские брюки. Но спорить с некромантом – всё равно, что говорить с глухим. Есть только его мнение и неправильное. Стыдно признавать его правоту, но я пересиливаю себя:

– Благодарю тебя, – говорю я, дотрагиваясь до его рукава, когда наши лошади поравнялись. – Ты был прав, так верхом на лошади гораздо удобнее.