Салют

И ведь каждую секунду разный. Ты кажешься пугающим и диким, мрачным и злым, почти первобытным. Но в следующую секунду поражаешь искренностью, состраданием к чужой боли. Пусть демонической, но красотой. Про глаза я уже говорила. И волосы… Им, наверное, никакие фиксаторы не нужны.

– Да, парикмахеры говорят, что стричь меня – одно удовольствие. Кстати, твои волосы от природы так искрятся? Или это женский секрет?

– Я – мальчик, и ненавижу женские секреты. На самом деле, секреты бывают просто человеческие. Кроме того, они должны касаться чего-то важного.

Существуют, например, государственные или коммерческие тайны. Ты со мной согласен? Ведь насколько же мелкими людишками надо быть, чтобы делать тайну из марки шампуня! Как вспомню про таких, прямо сердце от злости колотится!..

– Женька, успокойся, а то врач меня к тебе больше не пустит. Да и так скоро выгонят. Я договорился насчёт десяти минут, а пробыл двадцать. И это притом, что я, как уже говорил, никакой не родственник тебе. И не друг даже.

– Ты для меня важнее родственника и друга. Ты спас мне жизнь. А я ведь могла умереть там, на лестнице. Где были мои родственники, мои друзья в тот момент? Только ты и нашёл меня, взял на руки, отнёс в квартиру, вызвал «скорую». Ты ведь со мной по всей лестнице бегал, потому что я не могла назвать номер своей квартиры. Только когда встретились ветераны, возвращавшиеся с салюта, выяснилось, кто я такая. Ты нашёл ключ в моей сумочке, открыл дверь. Голову промыл, перевязку сделал…

– Это моя работа, Женька.

Наверное, уже могу в бригаде работать – по крайней мере, медбратом. Скажу одно – видел раны и покруче. Даже роды принимать приходилось – в сочинском поезде.

– Да неужели? Хотя, конечно, разные ситуации бывают. Но, по-любому, тяжело, наверное, было со мной на руках вверх-вниз бегать.

– Тяжело, только не физически, а морально. Ну, сколько в тебе кило? Пятьдесят, не больше. А я сто пятьдесят-сто семьдесят могу поднять. Больше, правда, не пробовал.

– Сева, да ты – Юрий Власов*! А я, дура ушибленная, даже спасибо тебе не сказала – за цветы.

Ты ведь мне букет белых тюльпанов принёс. Сколько их там?

– Пятнадцать. На тумбочке, в вазе стоят. Рядом с той корзиной, что из института прислали. Мне нянечка дала стеклянную банку из-под импортных консервов. Скажи родителям, чтобы вазу из дома принесли.

– Обязательно скажу, Сева. А что касается твоего предложения… Знаешь, чем легче добиться женщины, тем легче потом её потерять.