Отторжение

Ладно, что всё обошлось – никого не убили, даже не ранили. Но Ирикин заболел, промокнув в канаве. Лейтенант с того поста поранил кисть руки, а одна из пуль Ромыча разбила стекло служебного «Форда».

Группа прибыла в «Конти» с пятиминутным опозданием, но и Гуня задержался в церкви на полчаса. Охрану свою он где-то оставил. Видимо, надеялся на помощь Господа. В казино явился совсем один. Операция под названием «Ставка», несмотря на все препоны, завершилась успешно.

Гуню взяли, как в кино, под возглас крупье: «Делайте ставки, господа!» Бандит был занят фишками, ни на кого не смотрел.

Пистолет он оставил при входе, в сейфе. Двуниткин никак не ожидал, что его блистательный путь прервётся именно здесь. Люди в «Конти» всегда были ему верны.

От удивления бандит принялся вежливо отвечать на поставленные вопросы. Но беседы с задержанным в компетенцию Брагина уже не входили. Оставив добычу в руках официальных властей, моя группа отправилась в гостиницу «Речная». Там жил печник из Красной Горки, который слыл непревзойдённым мастером своего дела.

Его часто приглашали в респектабельные особняки и виллы, что позволяло увидеть и услышать многое.

Печник Котельников был прописан в гостинице как Туроверов, чтобы никто не напал на след. Я провёл предварительную работу, а Брагин должен был получить окончательный ответ – как можно скорее. Ромыч отправился в «Речную», на проспект Обуховской Обороны, начисто позабыв о случившемся с гаишниками.

Согласие печника на сотрудничество с нашей фирмой Брагин получил.

На наутро всю группу едва не арестовали – за вооружённое сопротивление представителям власти. Именно эту проблему и пришлось мне решать в течение двух недель. Пока, наконец, Антон Аверин не помог мне выпутаться из этой паскудной истории – сам того же желая…

Конечно, Брагин был контужен в «горячих точках», и потому не вполне владеет собой. Кроме всего прочего, его терзает неразделённая любовь к Оксане Бабенко. Она причудливо сочетается с подозрениями относительно верности законной жены Анастасии.

И везде ему противостоит один и тот же человек – Сашка Николаев.

«Чудны дела Твои, Господи!» – думал я, выходя на улицу из павильона метро. Как бы у Брагиных не случилось того же, что у Грачёвых! Света, например, уверена, что её деверь* Всеволод помог своей жене уйти из жизни. И, вот незадача – изменяла Лилия тоже с Сашком, как будто он мёдом намазан. А вот жена Инесса не чает, как от него избавиться.