Отторжение

А о скольких жертвах любви я ещё не знаю? Кажется, прежняя секретарша, Оксана Бабенко, неравно к Сашке дышит. Как бы с ней плохо не кончилось…

– Инка, у тебя всё?

Андрей журился от яркого солнца. Бриллиантовые капли переливались на стёклах, на рамах, разбивались о подоконник.

– Нет, не всё. Я ещё об одном тебя попросить хочу…

– Насчёт Сашка? – догадался Озирский.

– Именно. Не мог бы ты его куда-нибудь услать, да подальше? Как в той квартире покоя не было, так и в этой нет. А я отдохнуть хочу. Не железная ведь.

– У вас уже серьёзные конфликты начались? – удивился Андрей. – И что думаешь делать?

– Разведусь, наверное. – Я действительно так и решила.

– Вот те на! – Андрей откупорил бутылку «Тархуна», разлил по бокалам. – Ты сгоряча-то не руби. А вот отдохнуть друг от друга вам нужно. Заодно и чувства проверите. Это ты верно придумала – отправить его в командировку. Может, потом и помиритесь. Не для того мы с Фрэнс вас женили, чтобы через месяц брак распался. Что тебя ещё, кроме старух, в нём не устраивает?

– Да как тебе сказать? Многое.

– Интересно! – Рука Озирского дёрнулась, и «Тархун» плеснул на маленький круглый столик. – Вот уж этого я от друга не ждал. Ведь, кажется, вышколен отменно. За этим Лев Бернардович покойный очень строго следил.

– Видел бы Лев Бернардович, как его Алик голышом по квартире разгуливает! – Я уже не могла говорить спокойно. – Такого не было даже на Тихорецком.

– Ничего не понимаю? Неужели Сашок на такое способен? Это когда и где случилось? – Озирский, кажется, даже забыл про гаишников.

– На кухне. Утром, после брачной ночи, – сгорая от стыда, призналась я. – Решил, видимо, что теперь я скотина.

– Ну-у, Инка, ты больно строга! После брачной ночи чего не бывает! – рассмеялся Андрей. – Вы ведь вдвоём находились в квартире?

– Значит, ты считаешь это нормой? – окрысилась я. – И сам бы мог так пойти?

– И рад бы, да слишком сложно.

– Как бы там ни было, но я не желаю такое видеть! После свадьбы Сашка даже смотреть на меня по-другому стал. Пришлось обварить ему яйца кипятком – чтобы в себя пришёл. А то явился – в костюме Адама и в полной готовности…

– Да ты что! – испугался Андрей. – Гляди – без ребёнка останешься.