Миллениум

 – Через десять минут вернусь, а пока покурю.

– Договорились, – кивнул Тураев, присаживаясь на тёплый стул.

Вандышев ещё раз, от двери, взглянул на его аккуратную причёску, пожал плечами и буквально вывалился в коридор, изо всех сил пытаясь подавить раздражение.

Он плохо представлял себе, как этот «ботаник» крутит руки бандюганам и потому чувствовал себя кинутым по-крупному. Не придали значения просьбе, побрезговали прислать стоящего мужика. Теперь выслушивай до второго пришествия заумные объяснения относительно того, почему ребёнок до сих пор не найден, а преступники не пойманы.

Такой может только заболтать – на это, видимо, и надежда.

– Валерия Вадимовна, добрый день.

Тураев моментально оценил состояние больной и потому счёл нужным свести количество вопросов к необходимому минимуму.

– Как вы себя чувствуете? Можете разговаривать?

– Конечно, могу, – еле слышно отозвалась Лера. – Спрашивайте.

– Я сегодня много времени не займу.

Тураев раскрыл «дипломат», достал диктофон и включил запись.

Вообще-то так поступать не полагалось, но Артур разработал собственную теорию анализа интонаций голоса допрашиваемого. И, слушая потом запись по нескольку раз, старался поглубже проникнуть в его душу. Потом Валерию посетит следователь и оформит протокол, как положено, а сейчас нужно вытянуть самую суть, и на основании добытых данных работать дальше.

Но теперешнее состояние Валерии Леоновой могло помешать чёткому и безошибочному анализу – паузы между словами, тяжёлое дыхание, остановившийся взгляд человека, только что переведённого из реанимации, не могли свидетельствовать об его вине.

Но на всякий случай Тураев решил сделать запись.

– Валерия Вадимовна, вы подозреваете кого-нибудь? – задал самый банальный вопрос Тураев.

На него взглянули изумительной красоты глаза чайного цвета, но взгляд девушки был затуманен болью и жаром.

– Абсолютно никого, – еле слышно, но твёрдо сказала она.

– Вам или вашему мужу кто-нибудь угрожал в последнее время?

– Мне – никто, а насчёт мужа не знаю.

Во всяком случае, он ничего не говорил об этом. Неприятностей в бизнесе у него не было. – Лера опять опустила веки и некоторое время отдыхала.

– И никакой слежки за собой вы не замечали? – продолжал настаивать Артур. – Может, кто-то интересовался привычками, распорядком дня, вашими вкусами и планами? Вы не пытались вспомнить?

– Так сразу сообразить не могу, – призналась Лера. – Надо будет подумать. Во всяком случае, поводов волноваться у нас не было.