Дешёвый товар

Маяцкие редко бывало дома вместе; вот и сейчас хозяину пришлось принимать гостя самостоятельно.

Оставшись в джинсах и чёрной рубашке, Андрей присел к кухонному столу и зажёг сигарету. Володя тоже закурил, одновременно ловко управляясь со сковородкой, кастрюлями, ножом и прихваткой. В форточку врывался всё тот же свежий весенний ветер.

– Ну, что стряслось? – Маяцкий занял все четыре конфорки плиты и тоже подсел к столу. – Говори, не ломайся.

– У тебя американский пластырь сохранился? Ты его пацанам на шишки не извёл?

Андрей скептически разглядывал свои руки.

– Им на шишки и наш сгодится. Импортного-то не напасёшься, – вздохнул Маяцкий. – А тебе он нужен, что ли?

– Вот так! – Андрей ребром ладони провёл по горлу. – И ещё. Не одолжишь ли на ночь свою одежду? Я, как приеду, сразу верну.

– Ты что, внешность изменить решил? – удивился Маяцкий. – Когда улетаешь во Владик?

– Вова, я уже не улетаю, – признался Андрей. – Накрылся мой отпуск медным тазом.

– Как?! – Маяцкий едва не сбросил локтём солонку.

– Да нет, просто появились важные дела. Поэтому я и прошу у тебя одежду с пластырем. Мне не очень-то хочется, чтобы меня сегодня узнали. Всегда лучше сохранять инкогнито.

– Опять лезешь к чёрту в зубы? – Маяцкий вытирал мокрые руки полотенцем. – Сделают тебе когда-нибудь дырку во лбу, а то и чего похуже! А я-то, дурак, обрадовался. Думал, что ты хоть на месяц отстанешь от уголовщины. Неужели не надоело?

– Не могу – родная она мне! – с болью признался Озирский.

– Говори, а потом поищем в шкафу шмотки, – махнул рукой Маяцкий.

По опыту общения с Андреем он прекрасно знал, что переубедить того невозможно, и остаётся только по мере сил помогать.

– Я тебя очень внимательно слушаю.

Потом они молча ужинали, думая каждый о своём. Маяцкий не получал от еды никакого удовольствия, переживая услышанное от гостя. Тот же успел свыкнуться с информацией, а потому наворачивал за двоих.

– Когда ты должен с агентом встречаться? – Володя отодвинул тарелку и стал щипать свои усики.

– В одиннадцать. Нужно ехать в Репино, к барыге по фамилии Горбачёв. Он может располагать ценными сведениями о машине. А от этого недалеко и до самой Анжелы.

– Значит, так! – Маяцкий поднял из-за стола. – Будь другом, загони гавриков домой, а то уже совсем стемнело.