Ты снова станешь моей

Нервы на пределе.

А этому вообще все похер. И бровью не ведет даже когда впереди дорогу перекрывает огромная, размером, блядь, с озеро, лужа.

– Не проедем, – отмирает Гордей, зевая, – тормози.

– А дальше пешком? Нихера. У меня, если ты не заметил, туфли от Тестони.

Между прочим, лучшие из моей коллекции, насчитывающей по меньшей мере две сотни пар. Под них у меня отдельная комната в квартире отведена. В дополнение к той, что под костюмы.

– Знаешь, сколько они стоят?

– Знаю. Только если здесь застрянем, будет еще хуже, – и ухом не ведет брат.

– Нет, рискнем.

Сдаю сильно назад, а потом разгоняюсь и на скорости проскакиваю этот, бля, местный Ла-манш.

– Видел? – настроение несколько выправляется, – учись.

Но радуюсь я, к сожалению, рано.

Луж здесь, походу, больше, чем золотых запонок в моей коллекции.

Точнее, их просто реально пиздец как много и свою машину я теперь, навряд ли, быстро отмою.

И если первый десяток мне кое-как удается проскочить, то примерно на одиннадцатой машина сползает-таки в канаву и тупо садится на дно.

– Приехали, – непонятно чему радуется брат.

Я же хочу разнести все вокруг к чертям!

– Да, блядь, очень весело.

– Прикажешь плакать?

И брат снова зевает.

– Не бля, спать завалиться.

– А че еще делать-то? Интернета нет. А пока ты сгоняешь в деревню за трактором, пройдет часа два, не меньше.

– Я? Издеваешься, блин? Брат, называется. Нет, чтобы подтолкнуть.

– Давай наоборот. Я за руль, а ты толкай себе сколько хочешь.

– Да? – взрываюсь. – И в каком виде я после этого к ней заявлюсь? Не, бляяяяя это, просто жесть.

Гордей все же отрывает свой зад от кресла и толкает, но, к сожалению, наши попытки ни к чему не приводят.

Пока соображаем, что делать дальше, телефон брата оживает. Он отмывает руки, поэтому просит меня оценить степень срочности.

«Привет. Как дела? Я не права была. Извини», зачитываю.

– Это достаточно срочное для тебя?

– От кого?

Голос брата звучит непривычно глухо, а сам он замирает не дыша.

Будто сообщение от Президента Соединенных.

– Хмм, – проверяю. – От Бельчонка. Точнее, от твоей недотроги-девственницы. И что же ей ответить? Дела зашибись. А вот дальше… В чем не права была?

– Ни в чем, – цедит сквозь зубы Гордей.

– То есть, отвечать не будем?

– Нет. Пусть… проваливает.

– А если девочка обидится?

– Да насрать.

– Фуу, как грубо. Такими темпами ты ее не скоро уложишь в постель.

– Да похер.

– Ну, ок.