Малыш от мажора

Пластика? Ты за этим в Европу летала?

Ага, за этим. Вот прям за этим и летала.

– Можно сказать и так, – произношу осторожно, решая воспользоваться таким отличным шансом объяснить изменения в своей внешности.

– В тебе еще что-то поменялось, – продолжает Никита задумчиво, а я вздрагиваю.

– Помимо размера груди. Но я пока не могу понять, что именно.

Может то, что я родила и у меня теперь есть дочка? Могла бы быть у нас, если бы ты действительно этого хотел.

Жму плечами, изображая неведение.

– Старею, наверное.

– Не говори ерунды.

Никита тянет к себе и теперь мое второе запястье тоже в его захвате.

Для меня это слишком близкая дистанция и в нос сразу же ударяет его запах. Тот, который я так люблю… любила.

Так и хочется уткнуться в его грудь и вдохнуть поглубже. Будто не было между нами никакой ссоры из-за его измены. Будто не было этих месяцев без него. Самых важных и полных волнения, как будто…

Никита подается вперед и его лицо оказывается очень близко от моего, буквально в паре сантиметрах.

– Соня, – хрипло произносит он и я попадаю под гипноз. Не в силах ни отодвинуться, ни пошевелиться.

– Соня, как же я соскучился по тебе.

Его губы движутся навстречу моим, а потом… касание, хоть и почти невесомое, отрезвляет, будто на меня выливают ведро ледяной воды из проруби.

– Никита, отпусти меня, – дергаюсь, – дай мне уйти. Если хочешь, я сейчас же напишу заявление об увольнении, и ты больше никогда меня не увидишь.

– Соня, Сонь.

– Отпусти. Дай мне бумагу и ручку, я буду писать.

– А что, если я хочу тебя видеть?

– Я все равно напишу это заявление.

Господи, что сейчас вообще происходит? Сегодня утром, когда собиралась на работу, даже помыслить не могла о таком. Будто все это происходит сейчас не со мной, а с какой-то другой Соней.

Нужно было оставаться в Европе, и чего меня, спрашивается, потянуло домой.

– Никита, пусти меня.

Начинаю вырываться все яростнее и его пальцы, наконец, разжимаются, давая свободу.

Тут же отскакиваю в сторону и начинаю машинально поправлять прическу, хоть он и не дотрагивался до моих волос.

– Ты… у меня даже нет слов! – восклицаю, – какое право ты имеешь? О, господи. Думаешь… думаешь, если ты начальник здесь, то тебе сразу все можно?

– При чем здесь это, Соня?

Никита снова делает шаг ко мне, но я уже подготовлена и поспешно отскакиваю к двери.

– Не подходи!

– Сонь.