Недочитанный роман

Он заново прокрутил всю их беседу и попытался угадать, думает ли она о нем… и решил, что она уже спит.

Это было действительно так… Но перед тем как заснуть, дама подумала о том, что Ренар, с его старомодным рыцарством, до крайности милый мальчик. Несмотря на его наивную неловкость, ей хотелось говорить с ним. Вечер был прекрасен… и она немного жалела о том, что ушла и что Ренар не остановил ее. Но она знала, что завтра увидит его снова.

3

«Господин литератор! Я внимательно прочел первую главу Вашего романа и, признаюсь, весьма обескуражен.

Меня смущают две вещи.

Во-первых, и это главное, вся сцена в доме господина Ренара, описанная Вами, совершенно неправдоподобна. Дама из высшего сословия никак не могла прийти без провожатого в дом к едва знакомому одинокому мужчине, во всяком случае, без очень веской на то причины, каковая Вами не указана. К тому же он не мог принимать ее в комнате, служащей, по-видимому, спальней: это до крайности неприлично. Абсолютно непонятно также, почему комната не была освещена.

Цель прихода дамы тоже неясна читателю: неужели она явилась к герою поздно вечером только затем, чтобы рассказать о своих дорожных впечатлениях?

Во-вторых, непонятно, что произошло между тем моментом, когда господин Ренар постучался в дверь дамы, и ее появлением у него. Как развивались их отношения после знакомства, и почему они завершились столь странным ее визитом к Вашему герою?

Хотелось бы, чтобы Вы исправили сии недостатки и впредь придерживались в своем повествовании определенной логики».

Литератор грустно вертел в руках письмо издателя… Как и ожидалось, там была критика. Задумчиво пересмотрев написанные аккуратным круглящимся почерком строки, литератор был вынужден признать их правоту и мысленно пообещать себе не делать больше таких грубых ошибок. Ведь если он скажет издателю, что только записывает то, что ему приснилось много лет назад, это едва ли его успокоит, хотя картины и события, бывшие лишь в воображении, в сущности, мало чем отличаются от реальных: и от тех, и от других не сохраняется ничего, кроме смутных воспоминаний.

Но можно ли заставить издателя поверить в мир, в котором у людей есть странные светящиеся экраны, подобно таинственной луне освещающие ночью комнату, и с помощью этих экранов люди могут разговаривать, находясь на расстоянии друг от друга… даже на разных берегах реки? И видеть улыбку, и почти чувствовать прикосновение…

Да, конечно… Он все исправит.