Вернуть себя

Не стоит принимать меня совсем за дуру!

– И до чего же ты додумалась?

– До того, что Лену пытались похитить. А у вас что, другое мнение?

– Не могу понять, почему тебя это волнует?

– Может вы забыли, я тоже во всём этом участвовала! И мне не безразлично, что случится с девочкой.

– А почему не безразлично? – он пытливо смотрел на меня и ждал ответа.

– Интересно, слово человеколюбие вам знакомо? – за неимением других доводов сошёл и этот. – Послушайте, хватит выдумывать невесть что. Так вышло, что я подружилась с Леной.

И мне, правда, не всё равно, что с ней будет, верите вы или нет.

Не знаю, мои слова на него подействовали или что-то ещё, но Максим Сергеевич успокоился и сменил гнев на милость.

– У меня есть разные предположения, их проверяют.

– Может, Лене нужна охрана?

– Здесь полно охранников. Я запретил ей выходить на улицу одной.

Раз он был в нормальном настроении, я решилась задать несколько важных вопросов:

– Что случилось с Лениными родителями?

– Отца у неё нет, а мать недавно умерла, – что ж, я подозревала что-то подобное.

– Она рассказывала про каких-то родственников.

– Да. У её матери остались дальние родственники со стороны отца. Лена их ни разу не видела. Недавно они вышли на нас и стали настойчиво звать её к себе. Достали своими звонками. Лена отказалась к ним ехать, и я их послал.

– И вы тогда решили, что я от них? Почему?

– Просто был на взводе, вот и привиделось. Я же просил прощения.

– Да нет, я не обижаюсь. Я бы тоже всех вокруг подозревала.

Девочка вернулась, прервав нас, и мы отправились в корпус. Не могу сказать, что я была полностью довольна разговором. Мало что прояснилось, но всё же это был прогресс в наших отношениях.

***

Следующие несколько дней я почти ежедневно гуляла с Леной, иногда к нам присоединялся Максим Сергеевич. Вспомнив подозрения девочки, что ему на самом деле не очень хочется быть её опекуном, я внимательно приглядывалась к ним и не видела ничего, что подтверждало бы её опасения.

Казалось, ему искренне нравится общаться с Леной. Сидя на лавочке и наблюдая, как он, словно мальчишка, играет с ней в мяч, я задумалась о том, как давно они знают друг друга. Что связывало его с матерью девочки? Просто дружба или нечто большее? Иначе мне было трудно объяснить его привязанность к Лене.

Набегавшись, Максим Сергеевич сел рядом со мной передохнуть. Он всё ещё улыбался, и я не могла не отметить, что эта мальчишеская улыбка очень ему идёт.