Мой личный ангел

Но подружка, по его словам, не пришла к месту, где они условились. Он прождал ее всю ночь, решил, что девушка передумала, и под утро вернулся домой. Поиски продолжались, а потом у реки кровь ее нашли. Игната задержали, но через неделю отпустили. Не было против него никаких улик. А девушку с тех пор так и не нашли. Лежат ее косточки, наверное, на дне реки.

– Реку же точно осматривали. Почему тогда тело не нашли?

– Так течение у нас сильное. В том месте купаться немногие рискуют. Сносит сразу.

– А что с Игнатом? – вернулась я к интересующей меня теме.

– Так ничего. Его отпустили, а других подозреваемых не было. Но в городе сразу решили, что он виноват. Вот с тех пор он и стал изгоем. Не дают ему забыть. Нет-нет, да и надписи на заборе появятся. Или машину испишут. Старшее поколение с ним вообще не разговаривает. Молодежь, бывает, общается, особенно девушки. Он же парень видный, и всегда таким был.

– А почему ваш дом не хотели снимать? Только из-за соседства с Игнатом?

– Ну да. После той истории у нас решили, что он несчастья притягивает.

Вот слева от него дом стоит. Там Васька жил, нормальный был мужик, работящий. И вдруг запил. Прямо по-черному. Буквально за полгода допился до чертиков и зимой под забором замёрз насмерть.

– Игнат-то здесь причем? – удивилась я.

– Может, и ни при чем, – пожала плечами собеседница. – Только справа от меня тоже проблемы с домом. Там баллон с газом взорвался. Слава богу, никто не погиб, но небольшой пожар случился. Люди оттуда потом переехали.

– Понятно, – кивнула я, прекрасно зная, что такие вещи обычно логике не поддаются. – Но вы же тоже рядом с Игнатом живете. И ваш дом целый.

– Целый, это да, – согласилась Алевтина Егоровна. – А муж мой, Семен, умер пять лет назад. В самом соку был мужик, здоровый, к врачам никогда не ходил. А тут сразу инфаркт, и все.

– Алевтина Егоровна, – я с недоумением покосилась на женщину, – вы что, тоже верите в несчастья от соседа?

– Честно говоря, не верю, – ответила она со вздохом.

 – Знаю, люди любят других в своих проблемах винить. На себя смотреть не каждый может, – только я порадовалась здравомыслию женщины, как она добавила: – Но вот Сеня мой, он и вправду был здоров как бык. Почему тогда умер?

Картинка понемногу начинала складываться, и меня в ней мало что удивляло. Знакомый сценарий повторялся раз за разом, менялись только действующие лица. Уж я-то знала, как люди умеют объединяться против кого-нибудь одного и травить всей сворой.