В мое сердце из Азии

Кажется, Густая Челка потерял дар речи из-за моей последней фразы. Затем он прочистил горло и сказал:

– Давайте сделаем так, чтобы то время, что вы проведете в этой компании, принесло пользу людям, которые платят вам зарплату.

О как. Вот таким нехитрым способом мне сказали – иди-ка работай, хватит болтать. Мне бы промолчать, и все было бы чудесно. Но я не могла заткнуться вовремя, впрочем, как обычно. Поэтому ляпнула:

– О, уж это-то вы можете решать! Что ж, идемте работать…

Он буквально прожег дыру во мне, а затем уверенными шагами направился к диванчику, предназначенному для гостей руководителя.

– Садитесь! – бросил он сквозь зубы.

Ну, если коротко, проверять они собрались абсолютно все. Странно, что не нужно было отчитываться, в трусах какого цвета ты пришел на работу. Но такое я вслух не озвучила. Даже моя наглость имеет границы.

Первым делом их интересовал вид самого магазина. Куда они и направятся завтра с самого утра. Их волновало соответствие корпоративным требованиям, даже униформа, которую были обязаны носить сотрудники торгового зала.

Самое главное, что я отметила для себя – с каждым сотрудником будут проводиться индивидуальные беседы на тему, что им здесь нравится, не нравится, может, у кого-то накопились претензии.

Дальше проверка всего инвентаря, офисной техники. Каждый отдел проверят на правильность ведения документации, соблюдение алгоритмов и этапов работы.

Также необходимо было собрать обратную связь от клиентов о качестве работы.

Если честно, я задолбалась писать все его поручения для каждого отдела. Для себя поняла одну простую вещь – я просто сова Гарри Поттера. Условный Дамблдор поручает мне тащить почту с важными бумагами. Я доставляю ее по отделам. Собираю ответы при необходимости и несу обратно.

Поздравьте меня. Я – Букля. Просто класс.

Меня, думаю, на соответствие рабочим нормам никто проверять не станет, и так ясно, что я не прошла их.

Когда мимо нас прошел Игнат Андреич, я подняла затекшую шею, с удивлением обнаружив, что часы на стене показывают семнадцать тридцать.

– Заканчиваете? – уточнил он, глядя на меня, как показалось, с сожалением. Что-то мне подсказывало, что тут ни конца, ни края не будет. С этим-то… любителем работы… Это вам не российская специфика рабочего процесса – создать видимость, что очень занят.