Рецепт простого счастья

С того, что Стеша не ходячая, я ржала, пока вызывала такси и когда Юра волок ее из квартиры и заталкивал в машину.

Утром меня разбудил телефон. Было восемь часов. Какая, спрашивается, сволочь звонит в такую рань по субботам? Я в гневе от того, что сама же не отключила звук, прошлепала к телефону, который, как и полагается по закону подлости, лежал за три попы от дивана.

Звонила Стеша.

– Да? – удивленно спросила я. Вообще-то она сейчас должна умирать в лучшем случае в своей постели, в худшем – возле своего унитаза.

– На-а-асть…

– Боже, вот это голос. А может, ты терминатор и пришла за мной из будущего? – на всякий случай поинтересовалась я.

– Иди ты… – дальше последовала нецензурная брань, – я по делу…

– Ну? – я все еще была в шоке. Это ж какое дело поднимет полумертвого человека после пьянки так рано?

– Мы это, переспали.

– ???

– С Юрой…

Я пребывала в полнейшем ступоре. А потом у меня перед глазами встал образ Юрия, всклокоченного и воняющего рыбой, запашок из кухни от вчерашних пакетов, благополучно забытых на полу, этому способствовал.

Я начала ржать, как взбесившаяся лошадь. Мимо в туалет прошлепала Катя, сдвинув грозно брови. Но даже это не могло меня остановить, я хохотала до слез.

– Да заткнись ты, – просипела она в трубку, – у меня башка сейчас лопнет.

– Ой, не могу, ой, уписаюсь! Вы, блин, как дельфин и русалка, не пара, не пара!

– На-а-асть, заткнись, – жалобно проскулила она.

– Не могу, – я продолжала ржать, – а что, не понравилось совсем?

– Ну вроде понравилось… Я как бы плохо помню, местами…

Тут у меня просто уже началась истерическая икота.

Катя вышла из туалета.

– Ма-а, ты плачешь или смеешься? – она настороженно смотрела на мое мокрое от слез лицо.

– Катюх, все хорошо, – сквозь слезы ответила я, – меня Стеша рассмешила.

Катя пожала плечами и ушла.

– О-о-ой, – выдохнула я, немного успокоившись, – ну давай, рассказывай нормально.

– Да что тут рассказывать?! Я сама плохо помню. Зато утро очень четко в памяти сидит, блин.

– А что утром? Он, наверное, покраснел, застеснялся и сбежал? – улыбнулась я.

– Хрен! Он сказал, что я ему подхожу, и вечером он приедет за мной и вещами.

Боже, меня чуть не порвало.