Спасение

Он надел на руки специальные стационарные дополнительные перчатки. Они устанавливались в профилометре и давали возможность научному работнику проводить манипуляции внутри бокса без непосредственного контакта. Ученый открыл защитную оболочку пробирки, взял небольшое количество материала и положил под профилометр на стерильное прозрачное стекло. Кропотливая и осторожная работа его началась.

Под микроскопом наблюдались впервые новейшие клетки микроорганизмов, которые еще не открыты миром.

В главное административное здание Андрея Ермолаевича Брагина, основателя секретной лаборатории, поступил звонок по отдельной линии.

– Андрей Ермолаевич. – обратилась Ева.

Он сидел за рабочим столом и тяжело погрузился в работу под кипами бумаг и документов.

– Простите, что побеспокоила вас, но звонил ваш помощник, сказал, что сможет прибыть только через несколько недель, как только уладит все свои дела и освободится.

Брагин оторвался от работы и поднял глаза на Еву. Она как всегда выглядела прекрасно. В этом ей нет равных. Прекрасные рыжие кудри собраны в элегантный пучок. Четко очерченные губы приковывали взгляд.

Брагин глубоко вздохнул и выдохнул.

– Ева. Я долго думал и рассматривал варианты. – он задумчиво отвел взгляд в сторону. Ему не хотелось это говорить ей, но придется. – Подключайся к делу, пока Евгений не прибыл. Будете работать вместе.

Брагин потянулся рукой к нижнему боковому ящику и вынул папку, которую протянул секретарше.

– Вот документы, над чем вам обоим придется поработать и инструкции. Изучи.

Ева послушно взяла папку и тут же открыла первую страницу.

– Но это же. – удивилась Ева. Она глазами пробежала по странице.

– Да. Ты не ошиблась. Там все верно сказано. – прервал сомнения Евы Брагин. Ему не хотелось подключать к делу ее, но безопасность, прежде всего.

– Хорошо. Я изучу. – Ева закрыла папку и стояла перед его письменным столом.

– Можешь идти.

Ева кивнула, развернулась и направилась к выходу.

– И-и… будь, пожалуйста, осторожна. – заботливо, полными любви и страданий взглядом, сказал Брагин ей у выхода. Ева развернулась и улыбнулась.

– Хорошо, Андрей Ермолаевич.

20. Москва.