Гусь во главе стола, или Проспать Новый Год

– Быстрей можно?! – поторопила его девушка.

– Так открыто ведь… Заходите, Марина, – отозвался тот.

– Да уж, подожду… Не хозяйка пока ещё!

– И то правда! – про себя буркнул управляющий.

Таксист пересчитал деньги, и, раздражаясь, протянул их обратно:

– Это что…?! Слушай, дураков нет – плати, как положено!

– Тариф поднялся что ли? Всегда столько платили. – Сколько там от Петровки к нам пути-то? – развёл руками управляющий.

– Какой Петровки? – не на шутку разгневался таксист, прибивая управляющего колючим, кареглазым взглядом.

Марина подбежала к машине, оттеснила управляющего, шикнув:

– Идите, я сама заплачу. – Она сунула таксисту деньги, ядовито процедив тому в лицо: – Язык, как помело!

_________

Нина готовила ужин, то и дело отгоняя Манюню от открытого настежь окна. Раскрасневшаяся, в простом цветастом фартуке, она суетливо переворачивала котлеты, поглядывая на часы и отмахиваясь фартуком.

– Манюня, отойди – продует! – в который раз прикрикнула она.

– Ну, мам, я же папу выглядываю. Вдруг я его пропущу?!

Нине ничего не оставалось, как отставить дочь в сторону силой. И, выгоняя полотенцем жар, она, заодно, остудила и запал дочери:

– Подумаешь, папу она выглядывает. Никуда не денется твой папа, явится, как миленький. Пару деньков добряком побудет, а потом… – она махнула рукой, – … всё, как обычно.

– А что, как обычно? – подхватила любознательная Манюня.

– Ну… – пожала плечами Нина. – Как обычно – приветливое лицо, добрые глаза.

Манюня округлила большие, такие же, как и у матери, серые глаза:

– Так это ты не про нашего папу рассказываешь…

Погрустневшая Нина с любовью прижала к себе Манюню:

– Ты мой родненький, будут у тебя подарки, всё у тебя будет… – не понимая, что творит, пообещала она.

– Когда? Сегодня?! – тут же не упустила свой шанс Манюня.

Нина, придав лицу шутливый вид, щёлкнула дочь пальцем по кончику носа:

– Ну, ты что, зачем сегодня? На Новый Год, конечно!

– Ааа… аж на Новый Год… – разочаровано пропела девочка.

Нина взмахнула руками, побежала к котлетам, сняла последние и переложила в кастрюльку к остальным, плотно накрыв крышкой. Помыла сковороду, притушила огонь на второй конфорке, где варилась картошка. Подошла к окну, задумчиво присматриваясь к силуэтам людей за окном.