Между нами война

Глупая улыбка расплылась на ее личике, и не успела она принять серьезный вид, как армеец взглянул на юниоров, узнав её в толпе.

– Ответьте, что я уже построил. – ответил недовольно Яннис, крикнув ребятам на построение. Солдат ужасно смутился и поспешил уйти, замешкавшись и чуть не упав по дороге. Эрис и Атрей рассмеялись, их поддержал Никон с ребятами. Яннис заистерил и пришлось замолчать. Ему не нравилось, что сюда, к ним в Олимпию приехал человек, стремящийся всё поменять, ведший себя, как хозяин. И его раздражали его трудармейцы – зацикленные на работе, чинные и угрюмые.

Их громкие хоровые голоса в перекличке и декламации устава доносились эхом от далеких строений. А может, это была банальная зависть – не каждому дано стать выдающимся наставником.

Из-за угла вышел Таррос со строем своих солдат. Их вид был торжественный и благородный. Вчера они до позднего вечера рубили, пилили и обрабатывали древесину, превращая её в штампованные доски для забора. Сегодня в плане командира было установить каменное основание и поставить ограду.

Они ровным строем, громко маршируя, остановились.

– Яннис, мне нужны ребята, чем мы быстрее закончим, тем лучше! – сказал Таррос.

– Да командир, они в Вашем распоряжении! – с этими словами он удалился.

Юниоры стояли смирно, ожидая приказа. Таррос обошел их подобно тому, как дело было в Кандии в его крепости.

– Сейчас мои солдаты будут ломать старый забор. Вы будете стаскивать обломки в общую кучу. Потом принесете им камни – их вчера ночью привезли с каменоломни.

Они находятся в той стороне гарнизона.

– Это что нам тащить аж от переднего входа! – воскликнул Персиус.

– Это сказал ты? – он развернулся, бровью указав на него.

– Да! – спесиво ответил тот.

– Юниоры Каннареджо! Я нашел двадцать ручных тележек. Двадцать парней будут везти камни. Двадцать первый – ты. – он посмотрел на Персиуса, сжигая глазами. – Ты будешь нести камни на своей спине. И только посмей не догнать тележечника и пропустить свою очередь – столкнешься с моей плетью.

 – закончил он. Персиус вскипел и вспотел, но не мог ничего ответить, ведь перед ним стоял сам главнокомандующий.

– Десять человек будут загружать камни. – продолжил он. – Десять будут мешать закрепляющий состав. Осталось восемь.

– А я? – звонко спросила Эрис. – Нас не восемь, еще девять. Я буду работать с Вами.

– Ты не будешь таскать тяжести. – отказал командир.

– Это несправедливо! – высказалась Эрис. – Я буду работать наравне с братьями! – продолжала она.