Черная линза

Результатом моих усилий стало лишь то, что фото висело теперь криво и от этого смотрелось еще ужаснее.

– Надо пойти к Морковкину и потребовать убрать фото с выставки, – подумала я и направилась к выходу.

Администраторша окинула меня настороженным взглядом и спросила с легкой ехидцей:

– Ну как вам выставка?

– Отвратительно, – честно ответила я. – Никогда не видела такого кошмара.

– Все так говорят, – сказала она подобревшим голосом. – Вон, в книге отзывов посмотрите, что пишут.

В книге под красиво начерченным готическими буквами заголовком «Фотовыставка Олега Гляденина» две страницы были испещрены отзывами типа: «Отвратительно!!!», «Какое уродство», «Исключительная мерзость» и тому подобными фразами.

Лишь один пространный отзыв, написанный мелким ровным почерком, хвалил автора за неожиданный взгляд, художественные находки и творческое переосмысление действительности.

– Тут и хороший отзыв есть, – с удивлением сказала я.

– Да это он сам написал, – махнула рукой администраторша.

 – Я отошла в туалет, возвращаюсь, а он стоит, строчит. Довольный, улыбается во весь рот, думал, не видит его никто.

– Кто он? – не поняла я. – Морковкин?

– Да при чем тут Юрий Константинович? – рассердилась женщина. – Фотограф этот, как его, Гляденин. Он каждый день приходит, на выставку полюбуется, в книгу отзывов заглянет и уходит.

– Вот как? – удивилась я. – А, кстати, Юрий Константинович сейчас здесь?

– Здесь. Где ж ему быть-то, бедолаге, – вздохнула администраторша.

– А что так пессимистично?

Женщина наклонилась ко мне через стол и заговорщицки прошептала:

– Ушел он от своей гангрены, совсем ушел. Квартиру ей оставил, а сам на съемной мыкается. Только ночевать туда ходит, а так целыми днями тут сидит.

Кабинет Морковкина находился на втором этаже здания и представлял собой маленькую комнатку битком набитую всякими интересными вещами. В углу стоял шкаф, сквозь стеклянные двери которого было хорошо видно аккуратно расставленные большие бухгалтерские папки, подписанные каллиграфическим почерком, и несколько сложенных ровными стопочками пластиковых папочек поменьше.

Шкаф, точнее, его внутреннее пространство, было единственным оазисом порядка в царящем кабинетном хаосе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=69743830) на ЛитРес.