Дело дрянь. Рокфест: сердца трех

Но, может, хоть один на один он уже не будет вести себя так дерзко?

Когда мы вошли в мою комнату, та сияла девственной чистотой, а букет синих роз, принесенных им накануне, красовался посреди моего письменного стола.

Я удивилась. Когда это Джеб успел навести у меня порядок, если мы почти все время были вместе? Может, в тот самый момент, когда возилась с духовкой на кухне, пытаясь отодрать от противня пригоревший – от того развалившийся пирог с картошкой?

А Доу Бага это отнюдь не смутило, он прямо накинулся на него, принявшись уплетать тайком.

– И что тебе смешно? – вдруг строго позвал Твид, возвращая меня в реальность.

Надо обыграть собственную оплошность. Это я о своем нелепом смехе. Да, чтобы бывшему однокласснику жизнь медом не казалась!

И я все сделала почти в точности, как всегда, Джеб со мной. За исключением того, что чутка облапала Твида по груди, когда резко обернулась к нему, и впечатала его в дальновидно закрытую им же дверь.

– Хочу понять, чем я тебя спровоцировала и зачем ты все это устроил? – говоря это, намотала цепочку, тянущуюся с его ошейника на свой кулак – да так, чтобы мы на мгновение дышали изо рта в рот.

Изо рта Твида пахло арбузно-дыневыми сосалками. Не курит? Морин тоже не курил…

– Латит, я не хотел так быстро, но мой член уже встал, – Твид высунул язык и облизал мне щеку.

– С темы не сходи, – мне было не так весело, как ему. – Ты превращаешь мою жизнь в ад, могу узнать, почему удостоена такой чести?

Очень сильно хотелось сделать ему больно, но единственное, что я сейчас могла, смотреть в глаза с лютой ненавистью.

– Остынь, Латит. Сейчас все скажу, – на удивление парень перестал валять дурака и его улыбка сошла с лица. Тогда я отпустила цепочку шипастого ошейника и отошла. – Но прежде, чем скажу, позволь смазать твой зад. Он так трещал, думаю, Джеб переусердствовал.

Ага, а не сам Твид ли кричал в духе “давай еще!”

– Ладно! – становясь спиной и приспуская домашние шорты, легко согласилась я.

Вокалист “Инсэй” препираться не стал, подчинился.

– А ты точно не из тех тупых куриц, которые визжат, завидев меня, – хватая упаковку, что на письменном столе, между тем, деловито бросил он.