Цветок для неверной

– Лэр, – Бёнхо вновь настиг герцогиню и, обхватив её лицо ладонями, заставил взглянуть в его глаза: – Только ты поможешь мне разобраться в этом деле. Я знаю, – он взял один из её локонов в руку и, взволнованно наматывая его на палец, продолжил: – ты не такая, как все они.

– Ты о демонах?

– Да. Думаешь, я не вижу, как меняет тебя это место? – Последовал долгий изучающий взгляд. – Забери я тебя отсюда сейчас, и ты изменишься за короткое время, возможно даже станешь прежней.

– Что… о чём ты?

От услышанного Лэр встрепенулась, но произнести что-либо в ответ ей не дали.

Асмодей, находившийся поблизости, увидел их, и начал приближаться быстрыми шагами.

– И есть только один выход тебя спасти, – быстро проговорил Бёнхо. И, когда инкуб настиг их, широко улыбнулся ему и произнёс: – Таро не твой сын, а вашего дворецкого Себастиана, ты в курсе?

Глава 4

Лэр так надоела тюрьма! Да, именно так она называла то прекрасное место, в котором ее держал Дар. Кардинал Им-Мин знал, что она на время прижилась в обители вампиров, ведь ее супруг-тиран в лице Асмодея наконец открыл завесу тайны о том, кто биологический отец Таро.

И, естественно, он сейчас зол на всех. На Лэр, которая посмела добавить ему еще рогов. На дворецкого – Себастиана, посмевшего искусить ее драгоценную супругу. Да, и на остальных демонов из своего окружения: все всё знали и молчали. До последнего. Властелин инкубов не хочет разговаривать сейчас даже со своим политсоюзником Даром, который, конечно же, тоже все знал.

По мнению Им-Мина, вампир, как и полагается джентльмену и близкому другу семьи асмодеевцев, забрал с собой Лэр, Таро и Себастиана. Последних двоих – Асмодей клялся, что сотрет с лица Пекла.

– Абигор. Хиро… Вы понимаете, что это вынужденная мера? – обратился тогда к демонам Дар фон Кейзерлинг.

Они уединились у одной из дальних стен зала. Провидец и однояйцевые близнецы Таро и Хиро одновременно кивнули, согласившись с тем, что их матери лучше побыть у вампира, пока не пройдет запойный период инкуба.

Стремившегося воплотить свою месть в самый жуткий кошмар наяву, за этим и вырывавшегося из рук, Асмодея едва тогда сдерживали сразу трое демонов – Уфир, Агалир и Кхаи. Последний к тому времени уже успешно успел пополнить ряды инкубов. Обычно сдержанный и равнодушный ко всему происходящему, сейчас повелитель похоти был вне себя от гнева, он то и дело сыпал проклятиями и плевался – пытался расплавить жгучей слизью держащих его товарищей.