Маска красной смерти

 – В конце концов, те четверо инсультников, о которых говорил директор морга, могут и не принадлежать к шоу-тусовке.

– От чего же тогда скоропостижно скончалась эта пятерка? – ехидно поинтересовался Митяй. – Молодые люди, им не исполнилось и сорока лет. Что ж их выкосило-то за месяц – желтая лихорадка?

– Грипп?

– Окстись, дорогая, какой грипп в середине сентября!

– Есть и другие тяжелые болезни. – пожала я плечами. – Митя, зачем нам лишняя работа? У тебя же есть знакомый следователь, Валера.

– Ленка, ну ты как с луны свалилась! – Митяй картинно схватился за голову. – Какой следователь, какой запрос! Нет никакого уголовного дела. И причин для него пока нет. Эпидемия, знаешь ли, неподсудна. Инсульт тоже.

– А если все-таки отравление? – не унималась я. – Можно под этим предлогом возбудить дело?

Митяй на секунду задумался, затем с сожалением пожал плечами.

– Не выйдет. Протокол вскрытия Горолюба подписало аж два эксперта – он все же был самым известным шоу-меном в городе. И оба утверждают, что он умер от разрыва аорты и кровоизлияния в мозг. Были бы там следы каких-то посторонних веществ – думаю, их бы нашли.

– Что, совсем никаких следов? – не поверила я. – Он был абсолютно здоровым человеком, с таким-то весом?

– Вот насчет лекарств надо бы подробнее узнать. – согласился Митяй. – Какие-то он наверняка принимал. Ладно, это я беру на себя.

Я хотела было обидеться, но не успела. С диким криком «Пельмени горят!» Митяй выскочил из спальни, и только тут я почувствовала запах гари. Надо было срочно спасать остатки завтрака, и ближайшие полчаса нам было не до загадочной инфекции. Пельмени сгорели вместе с кастрюлей, дышать на кухне без противогаза было нельзя, а пока мы проветривали квартиру, наступило время ехать на встречу с безымянной медсестрой.

– Ладно, заодно и похаваем там.

Я промолчала, чтобы не злить зря Митяя. На самом деле, единственное, что было неприличного в «тещином кафе» – это цены. А блины там были выше всяких похвал. Но отучить Митяя от режима нездоровой экономии я пока не могла. Вот как раз пусть сегодня потренируется, покушать-то он любит.