Кристина больше не придет

Оперативник остался стоять возле Татьяны Кукиной, как бы слегка нависая сверху. Судя по его напряженному лицу, все, что она говорила, он уже читал в рапортах, но согласно кивал, ничем не выдавая своего нетерпения. Наконец, Татьяна Кукина закончила рассказ.

– Скажите, а назавтра вы говорили с дочерью? Она спросила кого-то про этого Виктора Сиднева?

– Да, говорила, – она кивнула головой, как механическая кукла, и без выражения продолжала: – Она спросила подруг, и даже учителя. Подруги сказали, что слышали фамилию, видимо, точно рядом живет или раньше жил.

– Но… – Шатров еще более напрягся. – Детей и учителей опрашивали оперативники. Но нигде не сказано, что они знали звонившего!

– Я не знаю, – женщина отвечала все так же монотонно, после длительных пауз, похоже, она была под какими-то транквилизаторами. – Мне ее подруга сказала, что никто не говорил, что точно знает. Просто фамилия знакомой показалась.

– Ясно, – растерянно кивнул Шатров. – Назовите фамилию подруг Кристины и учителей тоже.

– Подруг назову, – согласилась она после очередной паузы. – Про учителя не знаю. Сами спросите.

– Да, конечно. Теперь расскажите, что дальше произошло в пятницу.

– Но я уже… все рассказала. Ваши люди уже столько раз… спрашивали.

– Татьяна Степановна, дело поставлено на контроль прокуратуры, – мягко ответил Шатров. – Теперь вашу дочку на самом деле будут искать. Пожалуйста, расскажите еще раз все, что вспомните.

Несчастная мать довольно долго молчала, потом неуверенно начала:

– Я даже точно не помню… Я Верочке с уроками помогала, я всегда вечерами это делаю. И тут вбегает в кухню Кристина, крикнула, что за ней Сиднев приехал, она позвонит мне сразу, как доедет до его квартиры. И убежала.

– И вы не выглянули в окно? – мягко, но настойчиво продолжал Шатров.

– Нет… то есть да, выглянула. Но темно же там, фонари от дома далеко. Какая-то машина вроде маячила вдалеке, дочка к ней побежала.

Я обернулась и посмотрела на Шнайдера. Гена тоже аж привстал, в упор разглядывая нашего гипнотизера, и даже Шатров с некоторым сомнением поглядел на него. Тот смотрел себе под ноги, и лишь отрицательно помотал головой. В глубине души я тоже понимала бесполезность сеанса – если женщина видела лишь темный силуэт машины, колдуй не колдуй – только силуэт она и сможет вспомнить.