Королева орхидей

Настолько рано, что запросто мог сам хлебнуть отравы.

– Он отравлен? – наконец догадался пожилой.

– Похоже, что так. А что, медэксперт сильно празднует?

– Кто же поедет в Новый год в такую тьму-таракань? – грустно спросил пожилой. – Ладно, мы сейчас все оформим, а дело все равно наверняка заберут в Город. И вскроет вашего отравленного городская судмедэкспертиза.

– Понял. – вздохнул Митяй. – Ладно, сделайте хотя бы то, что в ваших силах.

Молча слушавшая этот диалог Кристина внезапно вскочила на ноги и двинулась к Изабелле:

– Это все ты, ты виновата! – истерически закричала она.

Она в два прыжка подскочила к Изабелле и попыталась вцепиться в ее волосы, но поэтесса проявила чудеса реакции, проворно отскочив в сторону и спрятавшись за широкой спиной Митяя. Журналист широко раскрыл руки, перегородив Кристине путь. Полная блондинка быстрой реакцией не отличалась, поэтому беспомощно заметалась из стороны в сторону, а Изабелла тем временем выскользнула из комнаты.

– Эта толстая обвиняет другую девушку в убийстве? – спросил пожилой милицейский.

– У Кристины истерика. – спокойно пояснил Митяй. – Отравленный парень – ее жених.

Он заключил разрыдавшуюся Кристину в свои крепкие объятия и осторожно повел к дивану. Питер с Витей и Деном зашли в комнату и уселись на пол возле мирно потрескивающего угольками камина, что-то тихо обсуждая. Я подошла к дивану и села рядом с Митяем. Милиционеры достали какие-то бумаги и, усевшись на ковер, начали что-то вяло обсуждать.

– Ребята, выпить в доме не найдется?

– Алкоголя сколько угодно, но предупреждаю – выпивка может оказаться отравленной. – сообщил Митяй.

– А, хуже не будет. – махнул рукой пожилой. В комнату бесшумно вошла Изабелла и, с опаской покосившись на плачущую Кристину, подошла к столу и налила в два пустых стакана коньяку. Милиционеры с благодарностью приняли из рук красотки стаканы, залпом выпили, и, отдав посуду хозяйке, опять принялись за бумаги.

– Мой бокал с орхидеями! Кто его взял? – с тихой паникой в голосе спросила она.

Я посмотрела на стол – действительно, большого бокала с золотыми цветами нигде не было видно. Изабелла подошла ко мне, в ее больших глазах стояли слезы:

– Я так любила этот бокал. – тихо сказала она, присаживаясь рядом. – Наверное, его разбили.

К нам подошла Лада.