Маньяки предпочитают блондинок

 – усмехнулся капитан. – Его нынешняя жена Ядвига Листовина на тридцать лет моложе, двадцатидвухлетняя студентка третьего курса, пишет картины маслом. Кстати, тоже блондинка.

Глава 4

– Муля, ты знаешь такого художника, Игоря Таридиева? – спросила я назавтра в конторе.

– Как ты сказала: Таридиева? – переспросила Муля. – А я должна его знать? Может, ты имеешь в виду Кустодиева? Только он, по-моему, Иван…

– По-моему, тоже. – оборвала я. – Нет, я имею в виду третьекурсника нашей художественной Академии.

Ты ведь ее не так давно закончила?

– Два года назад. – с гордостью ответила Муля. – Этот твой Таридиев, наверное, в то время только-только поступил на первый курс, откуда же мне его знать?

– А я думала, вы, художники, все друг друга знаете.

– Я стилистка. – обиделась Муля. – А вообще, конечно, я знаю в Академии многих.

– Например, декана Листовина?

– О, это наша местная легенда! – оживилась стилистка. – Любвеобильный дядечка, нечего сказать! Седина в бороду, бес в ребро. Правда, рассказывают, он такой с молодости – ни одной юбки мимо не пропускал.

Правда, выбирал только юных красоток, как художник, умеет ценить прекрасное.

– А убийства раньше в Академии были?

– Да ты что, думаешь, он девушек убивает? – поразилась Муля. – Зачем? Он же их любит!

– А вдруг они перестали отвечать ему взаимностью? Вот он и решил восстановить справедливость.

– Ну, не знаю… Я слышала другие истории. Первая жена, когда он ее бросил, резала себе вены, вторая попала в психушку. Да и любовницы-студентки так просто от него не отлипали.

Он обычно с очередной красоткой проводил не больше года, потом давал ей отставку и находил другую пассию. Так прежние, покинутые, его с такой силой преследовали, что двоих пришлось из Академии отчислить!

– Обычно в таких случаях отчисляют кобеля-преподавателя…

– Он не препод, а декан… Нет, вроде и такие попытки были, но весь женский коллектив Академии за него горой.

– Да, тяжелый случай. А ты сама что о нем думаешь?

– Красивый мужчина.

 – вздохнула Муля. – Я и сама была бы не против… Да ему блондинки нравятся, а я от природы шатенка.

– А покрасится слабо?

– Мне белый цвет не идет. – важно сообщила Муля. – Так что, Листовин точно на подозрении?

– Не знаю. – пожала я плечами. – Дело в том, что две студентки из пяти – его любовницы. А может, и остальные тоже, только мы про это пока не знаем.

– Наверное, эти блондинки – красивые девушки. Возможно, вкусы декана и маньяка просто совпадают.