Японский парфюмер

Ох, неспроста все это! Опять-таки, нанял не то детектива, не то охрану!

– А вы, дамочка, кто – следователь? Ясновидящая? Что вы можете? – спросил он хрипло.

Я пропустила мимо ушей хамскую «дамочку».

– Ваша жена пришла ко мне за помощью. Сейчас ей уже ничего не нужно, но раз она обратилась ко мне, что-то было, правда? Причина была.

– Детективами небось увлекаетесь?

Я пожала плечами и не ответила.

– Послушайте, вам что, делать нечего? – Получилось грубо, и он это почувствовал. – Зачем вам это?

– Вы ничего не теряете.

Он задумался, разглядывая меня своими блеклыми глазами.

– Верно, терять мне нечего… С чего начнем? – В голосе Ситникова мне почудилась издевка. Он расстегнул ворот рубахи, сорвал с себя галстук, бросил на стол. – Будьте как дома.

– Я бы хотела посмотреть ее вещи, если можно…

– Да их только что не облизали. Смотрите сколько влезет! Еще?

– А когда я могу прийти?

– Весь день я занят. Приходите без меня. Возьмите ключ… – Он запнулся.

«Елены», – мысленно закончила я.

– Позор, продули финнам, я так и знал! – возбужденно завопил Добродеев, влетая на кухню. – А где кофе? Да вы, дети мои, даже чайник не включили! – Его внимательный взгляд перебегал с Ситникова на меня, рот приоткрылся от любопытства. – Вы чем тут занимались?

– Я думаю, мне пора. – Я вдруг почувствовала, насколько устала. Они оба мне надоели. С меня было достаточно грубого Ситникова и живчика Добродеева, я хотела домой.

– А кофе? – обиженно спросил Добродеев.

– Кофе? – с преувеличенным ужасом спросила я. – На ночь? Кроме того, мне добираться далеко…

– И поздно, и домой пора, и кофе на ночь, и голова болит! – прогудел Добродеев. – На лекциях по логике, милая барышня, я четко усвоил бесценное правило: держись одной версии! Одной! Одна выглядит достовернее. Полно врать-то, скажите прямо, старик Добродеев поймет. В чем дело? Чего вы не поделили, дети мои? Не уходите, Катюша, мы так хорошо сидели.

– Мне действительно пора. – Я не могла не улыбнуться – уж очень забавное было у него лицо… Лицо обиженного мальчика.

– Раз так, я вас отвезу! – решительно сказал Добродеев. – Карета у порога, мадам. Прощай, старик! – повернулся он к Ситникову: – Даст бог, свидимся. – Он сделал вид, что утирает несуществующую слезу.

– Не бойтесь, – сказал Ситников, поймав мой неуверенный взгляд. – Подшофе у него реакция ничуть не хуже, даже наоборот – летит как молния. И все гаишники свои люди, так что без проблем.