Стеклянные куклы

Ждала до последней минуты… Горе наше горькое… – Клавдия Сергеевна вытерла глаза углом платка. – Игорек говорит, не буду здесь жить, и вообще съехал, а дом хочет продать и объявление дал в газету и еще на столбах развесил. Были двое, приценивались, но сразу видать, шаромыжники. А вы… – Она окинула взглядом Федора, – человек солидный, я уж обрадовалась…

– Таня – это мама Риты?

– Мама. Риточка и Игорек, детки, только и свету в окошке у нее было. Вы сказали, что нашли Риточку? Живая ли?

Она не спросила про документы, и он подумал, что немолодые люди, осколки старой эпохи, доверчивы и наивны.

– Не нашли, Клавдия Сергеевна, ищем. Что она была за человек?

– Что за человек? – Женщина наморщила лоб и задумалась. – Хороший человек, всегда поможет, лекарство достанет, она медсестрой работала в зубной поликлинике. И к врачу всегда устроит без очереди. Душевная. Двадцать четыре года, серьезная, скромная… Что еще? Одевалась красиво.

– У нее был парень?

– Да кто ж ее знает? Сюда не водила точно, я не видела никого.

Таня по секрету говорила, вроде был кто-то, подвозил ее на машине, но в дом не заходил.

– Я бы хотел посмотреть комнату Риты, если можно.

Женщина кивнула, и Федор открыл дверь в комнату девушки. Диван-кровать, столик у окна, полки с книгами. Задернутая цветастая гардина. Альбом на столе.

– Можно? – спросил Федор.

– Конечно, смотрите.

Цветные фотографии, везде Рита: на море, в парке, в кафе, на веранде с немолодой женщиной, видимо, мамой; со смеющимся парнем в обнимку.

Брат. Красивая крупная блондинка, длинные распущенные волосы, голубые глаза, сережки с голубыми камешками.

Федору показалось, он рассмотрел веснушки на носу. Улыбается, смотрит на зрителя, все впереди. Он вздохнул и спросил:

– Я могу взять…

– Берите, если поможет найти. Конечно, берите.

Они распрощались у калитки, и Федор пошел к машине. Клавдия Сергеевна стояла и смотрела ему вслед…

* * *

– Полнолуние? Новолуние? – с недоумением повторил капитан Астахов.

 – Какое, к черту, полнолуние? Ты чего, Алексеев? Какой лунатик? Ты знаешь, сколько этих… лунатиков, – выговорил он с отвращением, – по городу?

Друзья снова сидели в «Тутси», издали на них смотрел толстый усатый Митрич с печальными глазами, и они обсуждали новые оперативные данные.

– И суперлуние, – добавил Савелий.

– Чего? Супер… что? – поперхнулся Коля.

– Суперлуние. Это когда луна особенно яркая, оно бывает реже, чем полнолуние.