Маркус и золотая чаша. Сказочная повесть

– Да! – вдруг обернулась она на полпути. – Что вы с Барбарисом-то сделали? Мама в курсе?

– Ничег-о-о-о… – стояли мы бок о бок как вкопанные.

– Совсем от рук отбились! – вышла из гостиной бабушка. – Совсем… – услышали мы ещё раз и посмотрели друг на друга.

– Интересненько… – удивилась Ирка.

– Загадочно! – поддакнул я. – Просто блеск!

Глава 3. Появление странного незнакомца

Если бы Барбарис умел говорить, он бы сразу рассказал, кто выбрил ему на голове полоску, подвел бы к тому хулигану, указал на него мохнатой лапой и сказал: «Вот этот негодяй посмел изуродовать мою шевелюру, которой, на минуточку, почти десять лет!» Но кот, понятное дело, был молчалив, по своей природе, и угрюм, по причине старости.

Зато Ирка, по природе своей, была болтлива, по возрасту, – мила и непосредственна, и поэтому развлекалась, как могла.

– Барбарисочка, – трясла она кота за лапы, – миленький ты мой, скажи, Барбарисочка, кого наказать, а? Барбарисочка!

– Ну-ну, – покачал я головой и вышел из детской.

– Не стригла я его! – выпустила Ира кота из рук. – М-а-а-а-м-а-а-а!

– Ябеда! – показал я ей язык и хлопнул дверью. – Мелкая ябеда. – А с котом я как-нибудь сам. Вот только поужинаю.

Из коридора доносился приятный запах яблочного пирога с корицей. Родители были дома, Фил ещё не вернулся, и я, втягивая носом сладко-пряный аромат, словно мышка из мультика, что бежит за сыром, не спеша шёл на кухню, надеясь на дополнительный кусочек, за брата, так сказать.

– Не знаю, что случилось, – услышал я голос мамы, – но все пакеты с крупой были в дырочку. И с мукой тоже. У нас же никогда не заводились жучки. Гена, ты помнишь, чтобы у нас дома хоть моль была?

– Не помню, дорогая, – ответил ей отец. – Пирог-то когда будет?

– Представляешь, – продолжала мама, – я пакет подняла, а из него, как из сита, мука – во все стороны.

– Лидочка, дорогая, – папа сказал чуть громче. – Пирога очень хочется.

– А-г-а-а-а, – крикнул я в поддержку. – Мама, мы хотим пирог!

– Пару минут, Лёшенька, не больше, ему ещё остыть надо.

– Совсем не обязательно, – папа ходил за мамой по пятам, – горячие пироги они гораздо вкуснее. М-м-м, – и он сузил глаза в щёлочки.

Мама наша пекла редко, и поэтому каждый кусочек «Шарлотки» был на вес золота. Есть его надо было медленно, стараясь не потерять ни крошечки, – так это было вкусно и так мало.