Цепкие лапы времени

] американского посольства, за этими самыми окнами резидент Центрального разведывательного управления США как раз рассматривал несколько фотопортретов, весьма похожих на командира крейсера «Петр Великий».

* * *

«Station» – именно так по терминологии, принятой в США, называется подразделение ЦРУ в другой стране. Что как нельзя лучше передает суть с английского языка – не «база», всего лишь «станция» (с намеком на нелегальность), в данном случае под крышей диппредставительства.

И Бертон Гербер – «chief of station», старший оперативный начальник всех подразделений спецслужб в посольстве, резидент, а для подчиненных просто «шеф», – всегда хранил в себе это подвешенное ощущение нахождения на вражеской территории.

Особенно здесь – в СССР под личиной первого секретаря посольства… до этого успев «поработать» и в Западном Берлине, не в пример спокойных Болгарии и Югославии, и в специфическом Иране. Два года насыщенной профессиональной деятельности.

Поддерживая для своего возраста подтянутость, далеко не кабинетный работник, Бертон Гербер и сам нередко участвовал в операциях, проводя встречи с агентами, выезжая на «закладки» писем или изъятия тайниковых контейнеров.

Два года – обычно резиденты в столице главного геополитического противника надолго не задерживались, и как раз в конце мая должна была закончиться его командировка в Москву, но…

Стремительно раскрутился инцидент в Южной Атлантике вокруг Фолклендов, и требовалось внимание всего отделения службы в злободневной задаче мониторинга – как поведет себя Кремль, каковы шансы вмешательства Советов на стороне Аргентины.

Затем «нетривиальные» события перекинулись на Тихий океан, в Азиатский регион, неожиданно переходя в «горячую» стадию для самих США.

И пока все докатывалось до американского анклава, в столице СССР будто эхом, без конфиденциальных подробностей, но вот…

Первые предметные разнарядки по этому делу в посольство и непосредственно в московское подразделение ЦРУ пришли в середине июня.

При всей конкретике задания Бертон подметил некую расплывчатость и недосказанность. Однако вслед за шифрограммами в Россию прилетел инспектор – офицер весьма высокого ранга в системе американской разведки. Вместе с ним прибыл представитель Госдепа и одновременно уполномоченный президента Рейгана, исключительно доверенное лицо… в первом же знакомстве начав весьма таинственно:

– При всем уважении, сэр… мы здесь не для оценки обстоятельств.