Аромат вечности. Книга вторая. Противостояние

Причем поговаривают, если не успеть продать дом до того, как истечет срок, то смерть настигнет владельца.

– Потому-то и цена такая приемлемая, – сказала Аделина, – никто не хочет помирать, даже если это и чушь.

– Не чушь, я вам говорю, и честно сказать, хоть это и не в моих интересах, но я бы вам не советовал покупать этот дом.

– Я в привидения не верю, – ответила Аделина, улыбаясь сидящему рядом с ним Грэгу, – это все бабушкины сказки.

– Не сказки, – с уверенностью сказал агент, – а вот если хозяева не договорятся с вами, то их смерть и покарает.

– О каком сроке продажи вы говорите? – спросила Аделина для того, чтобы убедиться в своих предположениях.

– Дом должен быть продан хотя бы на один день раньше того времени, какое им владели предыдущие хозяева. А срок на этот раз выходит всего через несколько дней. Вы, голубушка, давили на меня, а зря, я вам зла не желаю, – совсем разомлев, произнес он. – Вы бы бежали от этой сделки куда глаза глядят.

– Спасибо вам на добром слове, – отнимая у него свою руку, произнесла Аделина, – но нет, я не передумаю. У меня имеются свои соображения на этот счет. Так что вы не тяните, пожалуйста, и передайте мое предложение хозяевам сегодня же, – Аделина расплатилась и встала из-за стола, – а за меня не волнуйтесь, – ласково потрепав его по плечу, сказала она, – у меня имеются в наличии средства борьбы с нечистью.

***

Габриэлла успела заехать домой, принять душ, припудрить носик и слегка приодеться.

– Главное не выряжаться, – уговаривала она себя, выбирая наряд, – не на свидание иду.

Но даже не разодеваясь, она выглядела мило. Ее фигура не изменилась с годами, она легко удерживалась в одном весе. Несмотря на занятость, она всегда находила время забежать в тренировочный зал. Занимаясь на тренажерах, она, как правило, прокручивала в голове предстоящие стычки в суде и, как ни странно, именно там Габриэлле приходили в голову самые правильные мысли.

– Здравствуй, Габи, – подлетел к ней Джон, уже ждавший ее на месте.

Габриэлла сразу почувствовала, что произвела на него впечатление. Маленькое черное платье, чуть выше колена, сыграло свою роль.

– Боже, Габи, ты совсем не изменилась, – заставив ее обернуться вокруг своей оси, Джон прищелкнул языком, – если только еще больше похорошела.