2012 Страж Цитадели

Это всё равно, что искать иголку в стоге сена.

Хотя нет… иголку найти попроще.

ГЛАВА 3

2012 брёл по улицам Пустого квартала. Почему брёл? Он просто шёл вперёд и не выполнял свою работу – осмотр территории. Вчера один страж поймал женщину и ребёнка. Это были мать и сын. Они просто сидели на камне и общались. Страж уловил «волнение», запрещенное в этом новом мире.

Мать и ребёнок вели себя естественно для человека. Но здесь – в пределах города Х это было запрещено. Нельзя чувствовать, нельзя любить, заботиться и радоваться жизни.

Но люди не могут не чувствовать! Страж убил их только потому, что женщина обнимала своего дитя, испытывая к нему материнские чувства. В момент опасности она закрыла собой ребёнка. Мальчик пытался убежать, но этот биоробот без труда с ним справился.

2012 узнал об этом из дневного рапорта всех стражей. Такой рапорт они оставляли в конце каждого дня. Не письменно, нет. В шее был чип, который передавал всё, что страж делал днём или ночью и затем роботы анализировали информацию.

Собственно не случай с матерью и ребёнком не давал 2012 покоя. Здесь это было частенько. Он думал о том, почему чип не просканировал его день. Там, на пустошах. Тогда бы стража просто утилизировали. Номер Пять сказал, что просмотрел день стража 2012, и всё было в порядке. Но как? Он отпустил тех, кого должен был убить! И почему отпустил?

Мало того, что 2012 нарушил прямой приказ… Или может быть, не нарушил? Ему ведь не говорили убивать никого.

От этих мыслей его отвлёкло следующее: Страж заметил что-то подозрительное.

На большой каменной плите сидели девчонка и мальчик. Мальчику было лет двенадцать, не больше. Девчонка – постарше.

Она обнимала парня и что-то ему рассказывала. А это запрещено. Обнять, конечно, нет. Но костюм стража уловил высокий уровень гормона, отвечающего за трепетные чувства: сострадание, жалость, грусть, тоска или обида.

Они исходили от девчонки. «Самка нарушает закон» – решил, было, страж и пошёл разобраться.

Ребята его заметили и насторожились. Страж подошёл совсем близко, и по мере приближения у него что-то загоралось в груди. Вот такое ощущение он испытал. Ни с того, ни с сего.

Девчонка посмотрела на него сквозь отвратительные и безвкусные (если бы это был старый мир) чёрные очки. Она вообще выглядела донельзя подходяще Пустому кварталу.