Любимый совочек

В чем душа держится?

Толи я – Цокотуха так Цокотуха: толстая, некрасивая, по такой не промахнешься.

В общем, костюм Мухи на меня не налез. Выдали крылья бабочки и два слова на листочке.

Стояла в массовке позади Наташки и подсказывала каждую фразу. Как же она меня бесила. Мало того, что мелкая, как муха, еще и такая же млявая. А еще – красивая.

Но я все равно любила утренники. Быстро запоминала слова песен, поэтому с удовольствием пела громче всех, но не для того чтобы прикрыть товарищей, для вида открывающих рот, – я ждала похвалы.

Пока сосед по парте, посещающий музыкальную школу, не прошипел:

– Ори потише! Ты меня сбиваешь! У тебя слуха нет.

С тех пор я не пою даже в ванной.

Пела громко, но не всегда правильно, и дело не в слухе.

Как-то перед Новым годом поделилась с мамой печалью:

– Так жалко лошадку из песни. Она торопится, а ножки у нее маленькие. Еще мужика везет. Ей так тяжело.

– Это, что за песня? – удивилась мама садистскому содержанию.

– Про елочку, где лошадка малоногая торопится бежит.

– Доченька, – еле сдержала улыбку мама. – Лошадка мохноногая.

Мне чёт так стыдно стало. Ведь я переорала хор мальчиков-зайчиков. И все мимо. Правильно, что меня не хвалят! Но мама успокоила:

– Есть книга "По тонкому льду", а я всегда думала, что это имя и фамилия – Потом Камульду.

Вроде как с каждым бывает…

На утренниках особенно много провалов: дети смешно стараются, самоотверженно поют песни, но все равно забывают слова.

А еще чешутся, зевают, лениво потягиваются, ковыряют в носу. Но, как правило, старшие группы себе подобного не позволяют. Сидят на стульях ровно – каждый, как выдрессированный лев на тумбе перед прыжком, – ждут свой выход.

Помните: выстроились пофамильно, зашли гуськом в зал, приклеились к стульчикам и выпучиваем глаза от усердия, песню поем. Попа и ладошки от волнения вспотели. Ушки – на макушки поставили, ведь выход на стихотворение, после слов "Зимушка-Зима".

И тут засада! Каааак чихнешь (мишура, зараза, щекотится). А воспитатель в этот момент (ну ни раньше, ни позже): "Зимушка-Зима!" И улыбается тебе. А ты, пока чихал громко, не услышал. И думаешь: "Чего это она мне так злобно улыбается во весь свой золотой рот?"

Тут сосед-снеговик в бок сухим локотком очень больно тычет: "Зимушка-Зима! Зимушка-Зима!"

Подскакиваешь, чуть не плача, – обидно же, весь утренник своего выхода ждал и… прочихал.