Когда зацветут розы

Яна планами на день не делилась, а осторожно наблюдала за Владом и прикидывала, не его ли видела вчера на крыше музея.

Участковый позвонил, когда она уже привела себя в порядок и оделась.

– Доброе утро, Геннадий Петрович!

– Для вас, м-м-может, и доброе, а для меня нет. Я уже в м-м-узее, Пухов сейчас за вами заедет.

Жуков говорил уныло, запинался и даже заикался. Яна не на шутку испугалась.

– Что случилось? Музей ограбили?

– Нет, – язвительно начал Жуков. – Сиверская – культурная столица Ленинградской области.

По дороге Пухов рассказал о последних событиях. Утром под портретом Стефании Забельский обнаружил статуэтку – каменного орла.

– Они говорили из чего он сделан, да я запамятовал. Не разбираюсь я в камнях. Уазик наш с закрытыми глазами починю, а названия мудреные не могу выучить. Да и на что они мне?

На вопрос Яна не ответила – отправила Павлу очередное сообщение и задумалась. Когда она узнала, что подбросили орла, в памяти мелькнула легкая ассоциация, но уазик так тряхнуло на повороте, что она тут же растаяла.

– Во сколько статуэтку обнаружили? – задумчиво спросила Яна, надеясь, что сможет найти мысль-потеряшку.

– В начале одиннадцатого. Все к десяти собрались, поговорили, занялись своими делами, а Витюша пошел смотреть на Стефанию. Сохнет он по ней, – рассмеялся Пухов.

– В смысле? Она же умерла давно.

– А для него живая. Он говорит, что она это, как ее… Прекрасная дама. Ой! Яна Сергеевна, что вспомнил! Инна болтанула, что вчера Витюша был сам не свой, а потом ляпнул, что вы в молодости на Стефанию жуть как похожи были.

По коже побежали неприятные мурашки, руки мгновенно стали холодными и влажными. Яна с трудом справилась с волнением.

– Я Виктора Олеговича не знала до вчерашнего дня. Вы Жукову про это сказали?

– Нет, конечно. Мало ему проблем, что ли? Не хватало еще про чьи-то амуры рассказывать.

– Вы правильно рассуждаете, Максим, – нарочито небрежно сказала Яна.

– Заметано, – рассмеялся Пухов. – Витюша странный. Он и не такое придумает. Однажды летом провел ночь в дружносельском костеле, а потом рассказывал, что общался с духом Стефании и она типа призналась, что умерла не своей смертью.

– В смысле не своей? Это исторический факт. Она скончалась от скоротечной чахотки в Бад-Эмсе – это Германия – 26 июля 1832 года.