Крест

К тому же, передавали смягчение погоды. Сейчас снега много, но предсказать, сколько его останется через неделю или две, невозможно.

– Ну что ж, спасибо за помощь, – недовольно пробурчал Фредрик.

– Что вы, не за что.

Он уже собирался сесть в «Форд», когда увидел, что мужчина смотрит на озеро.

– Она ведь не пошла по льду?

– О чем вы?

– Каждый год находится какой-нибудь дурак, считающий, что лед везде одинаковой толщины. Но это не так – здесь есть несколько коварных мест. Пропала неделю назад, говорите? До того, как выпал снег, лед блестел как зеркало.

Фредрик сделал несколько медленных шагов к машине лыжника, ища телефон в кармане. В голове роились мысли. Если с Бенедикте что-то сделали, вряд ли преступник бы захотел, чтобы ее нашли. Снег растаял бы, а вот подо льдом ее нашли бы не раньше весны.

Фредрик открыл приложение, отслеживающее флешку. Приблизил черточку, которая вела к озеру.

– А где находятся эти коварные места?

Мужчина посмотрел на экран.

– Вот там, например, – Он указал точно на место, где линия меняла направление, возвращаясь к берегу.

Глава 22

Время шло, и нужно было строить город. Крестьяне, хюсмены и арендаторы земли устремились в столицу. Они хотели сбросить с себя ярмо бедности, оставили свои прядильни, мельницы, кузницы и лесопилки. Шхуны привязали у верфей и сгрузили запасы на пристани.

Его назвали Городом тигра. Опасный и немилосердный к своим жителям. Чтобы прокормить растущего хищника, нужны были не только люди. Нужно было дерево для постройки домов, где люди будут мерзнуть зимой и гореть в пожарах летом.

Деревья из больших лесных массивов глубинки страны сплавляли по рекам к Маридалсваннет, к пилораме около южной оконечности озера. Но не все стволы доплыли до места. Некоторые затонули по пути и так и остались лежать на дне, постепенно разлагаясь. В ходе терпеливой работы бактерий выделяется метан, который поднимается к поверхности, что зимой делает лед пористым, а это опасно для всех, кто на него ступает.

Именно у такого места и стоял на четвереньках Фредрик Бейер, руками расчищая лед и откидывая снег по сторонам. Солнце отразилось в метровой ширины прямоугольнике льда и заиграло лучами в его причудливых трещинках льда и в бледном лице женщины. Сквозь гладкий серебристо-серый лед кожа Бенедикте Штольц была похожа на бархат. Лицо застыло под водой, светлые волосы переливались в лучах солнца, открытые глаза были безжизненны. Кровь замерзла коркой на коже.