Паутина Темноты

Парни сзади, то и дело, издавали возмущенные возгласы и тихие ругательства. А я пыталась осознать значение этих перемен.

А когда машина выкатилась на набережную Волги, у всех вырвался невольный вздох облегчения. Хоть, что-то в этом мире остается неизменным!

– Если бы не Волга, я бы тоже решил, что совсем с ума сошел! – сказал Кирилл, выпрыгивая наружу.

Мы тоже дружно высыпали на тротуар. Эту часть набережной всегда, на моей памяти, называли старой. Огромные голубые ели перемежались с кряжистыми липами, образуя своеобразную, крытую, аллею чуть поодаль от парапета.

– Как тут хорошо, все по старому! – удовлетворенно пробасил Соболь.

– Рано радуетесь! – ехидно заметил Кирилл. – Вы на другую сторону дороги посмотрите!

Мы дружно обернулись на 180 градусов и остолбенели. На крутом холме, как и прежде, стоял «монумент Славы», который многие считали символом нашего города. На высоченной колонне, облицованной пластинами из титанового сплава, возвышалась металлическая скульптура человека, взметнувшего ввысь руки, держащие крылья.

Холм этот был заповедным местом, его специально освободили от других строений, чтобы памятник был хорошо виден с пароходов, плывущих по Волге. А теперь на нем, с одной стороны, возвышалась церквушка, а с другой – массивное, аляповатое, здание.

– Да, кто ж, такое сотворить посмел! – выдохнул простодушный Барсук.

– Те, у кого, судя по всему, сегодня в руках вся власть! – совершенно серьезно ответил Кирилл. – Я уже сходил туда, так этот беломраморный монстр – городская администрация.

– А церква-то тут причем? – продолжал недоумевать Мишка.

– А ты, хоть где-нибудь, среди этих пестрых плакатов, «Слава КПСС» или что-то подобное заметил? Свято место – пусто не бывает! – криво усмехнулся Док.

– Но если это, все же, наш мир, – вступил в разговор Герка, – то я, наотрез, отказываюсь понимать, что здесь произошло!

– Я тоже еще не во всем разобрался, – тяжело вздохнул Кирилл. – В этом новом мире у меня, как и у вас, наверное, прошло всего-то около трех часов. Поэтому, давайте-ка заберемся обратно в машину и сообща попытаемся понять, что к чему.