Паутина Темноты

Те чуть помедлили, вытаскивая из ящика молоток и гаечный ключ.

Но наши предосторожности оказались излишними, полупустые комнаты, обставленные дорогой мебелью, казались нежилыми. Минут через пятнадцать мы снова собрались на первом этаже, в комнате, которая, скорее всего, была кухней. Газовой плиты в ней, конечно же, не было, но я обнаружила темную стеклянную панель в длинной столешнице, на которой были нарисованы круги, и предположила, что это что-то вроде электроплиты. Чайник там был тоже электрический.

– Если вы разберетесь с плитой, то я сварю на всех кофе! – пообещала я. – Авось, мозги на место, окончательно, встанут!

Братья резво кинулись нажимать на все кнопки подряд, Барсук полез в холодильник, а Соболь, с мрачным видом, уселся на резной деревянный стул, похожий на трон сказочного царя из мультфильма. Кирилл же продолжал беспокойно ходить из угла в угол.

– Успокойся, Док! – посоветовала я, заливая воду в электрочайник. – Здесь мы можем на некоторое время расслабиться!

– С чего это ты так в этом уверена? – пробурчал он.

– Ты же сам видел, что спальня в квартире одна, в шкафах – только мужские вещи. Вероятно, прежний хозяин твоего тела жил здесь один, – объяснила я свою догадку.

– А кто убирал всю эту жилплощадь? – сварливо поинтересовался Кирилл.

– Скорее всего – приходящая уборщица, – предположила я.

– Ладно, убедила! – ответил Док, присаживаясь с другой стороны необъятного стола. – Но нам еще придется придумать легенду на этот счет.

– Или, просто, уволить уборщицу! – пожав плечами, предложила я.

– Тоже вариант! – согласился он.

– В любом случае, кофе нам сейчас не помешает! – заявила я, заливая кипяток в джезву и отгоняя от плиты братьев, которые, методом проб и ошибок, и обожженных пальцев, нашли, наконец, соответствие между кругами и кнопками.

У меня вдруг больно защемило сердце. Я абсолютно отчетливо вспомнила, как варила кофе на кухне у Дока в прошлом июле, вскоре после смерти Волка. Для меня прошло всего-то около полугода, а тут, судя по штампу на квитанции и настольному календарю, больше тридцати лет.