Паутина Темноты

– А как и почему ты вбил мне в голову идею, встретиться у дома с часами? – все-таки спросила я, глядя как он осторожно выруливает со стоянки.

– Про дом с часами ты, сама, однажды мне рассказывала, – напомнил Кирилл. – Тебя очень трогала эта история, возможно потому, что та умершая девушка была такой же молоденькой, как и ты. Я и решил, впечатать в тебя, под гипнозом, это место встречи, дом-то – памятник архитектуры федерального значения, как-нибудь должен был устоять, даже в условиях бурного строительства тех лет.

– И ты не ошибся! – согласилась я. – Целых тридцать лет простоял, судя по дате на квитанции.

Глава 2. Изменившийся мир

Поток машин на дорогах, вопреки нашим ожиданиям, не рассосался, а стал еще более плотным. Как будто утренний час пик, когда люди спешат на работу, растянулся на весь день. Немало тому способствовало и то, что вдоль узких улочек старого центра, петлявших ранее среди одноэтажных, деревянных, домишек, выросли настоящие небоскребы.

– Домов-то понатыкали, а улицы расширить поленились! – пробурчал сзади Соболь.

– Да, бред какой-то! – откликнулся Кирилл. – И ведь, уже в наше время существовал план перестройки центра, где собирались выпрямить все, эти, зигзаги и вдвое расширить проезжую часть!

– А может, это, все-таки – не наш мир? – в голосе Германа звучали жалкие остатки надежды.

– Наш, наш! – угрюмо заметила я. – Промеж этих высоток достаточно много знакомых мне домов осталось, только они почти в руины превратились. А на той «сталинке», на повороте, даже следы от названия «Диета» сохранились.

Там магазин для диабетиков был. Новые буквы прибили, а следы от старых – не закрасили. Краски, что ли, не хватило?

Парни смирились с неизбежностью и временно замолчали, настороженно оглядываясь по сторонам. Но вся их выдержка мгновенно улетучилась, когда машина вырулила на привокзальную площадь.

Площадь эта, в наши годы, носила название Комсомольской, потому как с нее регулярно уходили составы с молодежью, едущей на комсомольские стройки, типа БАМа и Комсомольска—на-Амуре.

Но построена она была еще при царском режиме, одним известным архитектором, задумавшим ее, как единый архитектурный ансамбль. Здание вокзала и дом, в котором находилось управление железной дороги, были выдержаны в одном стиле и раскрашены в зеленый и белые цвета, чем-то напоминающие железнодорожные вагоны. Даже массивные вазы из белого камня, с растущими в них цветами, обрамлявшие площадь, составляли часть единого ансамбля.