(Не)леди для рыцаря ада

– А кто ты такой-то? – хмыкнула, нагло глядя, как красавчика трясет от ярости. Тоже мне. Весь из себя крутой, а вышел из себя на раз-два.

– Угомони свою дочь, Абигор. А то я за себя не отвечаю, – амбалы напряглись, но с места не двинулись.

– Дай мне поговорить с ней, Асмодей. И отзови големов. Ты же знаешь, что если я разозлюсь, то перебью их всех, как котят, – отец встал, глянул на черноглазого своим фирменным взглядом, от которого у всех вокруг стыла кровь в жилах, кроме этого ненормального. Я увидела распускающиеся у него за спиной черные крылья, в которых явственно недоставало перьев, и грохнулась в обморок.

Отец воспитывал меня сам. Ну как воспитывал. Мамки и няньки менялись, словно стекляшки в калейдоскопе. А как иначе? Какая дура согласится мотаться с нами из одного города в другой? Папочка, по крайней мере, такой идиотки не нашел. Справедливости ради, скажу, что я тоже неплохо приложила руку к побегу от нас гувернанток. Раздражали меня эти клуши. Маму я не помню. Она умерла сразу после родов.

– Чего это тут у вас за флешмоб? – спросила, открыв глаза, комната вертелась и плыла. – Крылья зачетные, кстати. Бионические?

– Ангелина, девочка, – отец взял меня за руку, – прости меня. Столько лет прятал тебя, а тут расслабился. Пожить спокойно захотелось.

– Чего это? От кого прятал? – удивленно уставилась на папульку.

– Асмодей за тобой пришел. И я не смогу ему помешать. Да и тебе будет лучше. Там обучат тебя, научат силой своей пользоваться.

– Так, вам всем в дурдом пора. Какими силами? Пап, ты меня пугаешь, – хмыкнула, глядя на поникшего родителя. Странно, сколько его помню, а помню я его уже двадцать лет, родитель мой совсем не изменился. Все в одной поре.

– Ты нефилим, дочка. Вспомни странности, которые тебя преследуют всю жизнь.

– Так, все, я ухожу! – Вскочила с дивана и направилась к двери, вспоминая, как издевалась над няньками, перемещая в пространстве предметы, включая вышеозначенных баб. – Созвонимся, как в себя придешь.

Открыв дверь, я шагнула в коридор, но тут же заскочила обратно. Огромный смердящий пес преградил мне дорогу, оскалившись желтыми клыками, с которых капала слюна, с шипением прожигая ковер.

– Это Бусик – адская гончая, – вздохнул отец.