Записки на кухонном полотенце

А еще моя родительница владеет восточными единоборствами, без труда бросает через бедро двухметрового отца, своего мужа, лихо водит мотоцикл и до дрожи любит своих внуков, за которых порвет на тряпки любого. В общем, не мама, а супергерой в юбке. Кстати, юбки она не переваривает, предпочитает армейские штаны и растянутые на пузе футболки, не стесняющие движений.

– Квартиру чистить собралась, ничего не найдем потом. Снова нам с тобой придется детей на диету сажать и отучать материться, – ответила я Гоше и пошла на кухню жарить замороженные мамой котлеты, думая, как бы сделать так, чтобы не забрызгать маслом плиту.

– Может, я за чистящим средством метнусь? Плиту потом почистим? – спросил муж. – А то жить очень хочется. А завтра тестю позвоню. Рыбачить поедем. Согласна?

– Согласна, – кивнула я головой и подумала: как хорошо, дети под присмотром, родители тоже. А мы с Гошей вдвоем. Это ли не счастье?

Мамы троих детей меня поймут. Мы никогда не бываем одни, не можем уединиться. Секс для многодетных родителей – непозволительное удовольствие.

Даже простой поцелуй невозможен под взглядами перекосившихся от отвращения детских мордашек. Они считают нас старыми, отжившими свой век мамонтами, не имеющими чувств и желаний. Кроме желания угождать им. Но, сколько счастья и радости они приносят в нашу жизнь, наполняя ее смыслом и искрящимся светом необъятной любви.

– Я тоже скучаю по детям, – тихо сказал Гоша, читая меня, словно открытую книгу. – Завтра на рыбалку съездим и домой.

Часть 10. Один день из жизни отдыхающих, или почти медовый месяц

Проснулась я от грохота, похожего на лязганье рыцарских доспехов, и не сразу поняла, где нахожусь. Уткнувшись взглядом в смутно знакомый потолок, затянутый сизо – серым густым дымом, я элегически потянулась, но тут же в ужасе вскочила и порысила на мамину кухню, откуда доносились лязг и завывания, которые Гоша почему-то называет пением. Сегодня он исполнял основную тему из фильма «Гарри Поттер» – свою любимую.

– Мама тебя убьет, – констатировала я, оглядывая кухню, по которой словно прошел ураган. Ну или неунывающие американцы прицельно сбросили бомбу с каким-нибудь милым названием, типа «Малыш».

– Нет, не убьет. Потому что мы ей не скажем, кто готовил. А калечить родную кровинушку, да тем более единственную, рука у нее не поднимется, – весело хмыкнул муж и сунул мне под нос огромную сковородку исходящую умопомрачительным ароматом. Рот тут же наполнился слюной.