Измена. Не отдам никому

Измена. Не отдам никому

Инга Максимовская

– И когда ты хотел сообщить мне, что у тебя есть дочь? – спрашиваю прямо в лоб, не давая предателю возможности солгать. – Никогда, – отводит глаза мой любимый муж. – Мне нужна только ты. Ты моя любовь. Но я уже отчаялся стать отцом. У нас-то с тобой не выходит.– И ты решил мне изменить? Да уж, ты и вправду меня любишь, несомненно, – горько улыбаюсь. В руке, которую я прячу за спиной, зажат положительный тест на беременность.Этот день должен был стать самым счастливым в моей жизни.

Инга Максимовская

Измена. Не отдам никому

Глава 1

Персиковый лед

– Лира, вы меня слышите? Поздравляю. Старания увенчались успехом. Диагноз бесплодие – больше не ваш диагноз. Можете обрадовать мужа. Беременность пять недель. Вы станете родителями.

Я слушаю и не слышу. Надо будет купить торт. Самый большой и красивый. А в аптеке соску, которой я украшу кремовое безумие.

– Лира,– зовет меня доктор,– вы в порядке?

– Да, более чем,– голос дрожит от переполняющего мое тело счастья.– Просто… Я до смерти желаю персикового льда из супермаркета. Ну того, мерзкого, химозного. Где вся таблица Менделеева присутствует.

Господи, что я несу? Говорят гормоны очень сильно влияют на мозг беременной женщины. Беременной. О, Боже… Я БЕРЕМЕННА.

– Ну, в вашем случае это оправданные капризы женщины в вашем положении.

– Будем. Конечно будем. А льда то мне можно?

– Можно. Но благоразумно,– улыбается доктор.

По пути домой забегаю в аптеку. Тест покупаю, чтобы убедиться. Все еще не верю своему счастью. Димка, как же он будет счастлив. Мы ведь четыре года ждали. Долгих четыре года. Нет сил терпеть до вечера. Тем более, что офис моего мужа совсем рядом.

Так и врываюсь в здание фирмы Димки, с дурацким фруктовым льдом во рту, который купила в первом встреченным мной дешевом супермаркете и пакетом из аптеки.

– Лира Григорьевна, я доложу вашему…– лепечет секретарша Димки, как то странно отводя глаза.– К нему нельзя. Там… Совещание… Я должна доложить.

– Нет, это сюрприз,– подмигиваю заговорщически, устремляюсь к тяжелой двери кабинета моего мужа. Моего любимого, единственного.