Измена. Не отдам никому

Как же хорошо, что я проявила самовольство и выбрала другого врача. Лечилась в тайне от всех. Мечтала. Надеялась.

– Домой, быстро,– летит мне в ухо приказ «любящей» свекрови.– Ублажи мужа, чтоб у него на потаскух сил не оставалось, вымоли прощение и не дури.

– Эта потаскуха – мать вашей внучки. И…Нет, не вернусь, – хриплю, с трудом сдерживая плач, сжавший мои связки.-Не могу простить. Не хочу.

– Дура, блядь, неблагодарная. Посмотрим, как ты проживешь без…– не слушаю больше. Давлю на кнопку отбоя, борясь с желанием просто грохнуть об подмерзший асфальт дорогой аппарат, который мне подарил Димка на годовщину нашей с ним свадьбы.

Еще пару минут пытаюсь выровнять дыхание. Тошнит страшно. Хочется пить, а еще бежать сломя голову куда угодно, лишь бы подальше от кошмара.

– Вам плохо? –участливый женский голос заставляет вздрогнуть, и удавка стягивающая горло лопается, прорывает сдерживаемые слезы.

– Нет. Все хорошо. Просто не могу магазин найти. А я хочу варенья и хрена,– зачем-то вываливаю я на случайную прохожую тонну дурацкой информации.

– За углом магазин,– косится на меня добрая самаритянка, наверняка рассуждает, не вызвать ли психиатрическую неотложку.– Может проводить вас?

– Не нужно. Я сама. Я учусь справляться со всем сама.

Магазин маленький, небогатый. Товары расставлены на полках неподвластно никакой логике. Но мне нравится. И запах дерева и хлеба очень замечательный. А вот Димка бы и порог такого не переступил. У него все должно быть шикарным, должно соответствовать его статусу.

И я была таким вот приложением. Клялся мне, что я самая красивая на свете. А я таяла. И верила. Дура. А он… Любовницу тоже, наверное, подбирал чтоб критериям соответствовала. Сердце снова начинает плясать, наверное гормоны все таки влияют на его работу. Противное предательское сердце.

– А варенье есть у вас в продаже? – спрашиваю у скучающей продавщицы, играющей в какую-то увлекательную игру на телефоне. Даже звук выключить не потрудилась. Но мне от чего-то очень уютно тут, в этой крошечной лавчонке.

И чипсы в хрусткой упаковке, найденные мной на деревянной тесной полке, греют душу и дразнят разгулявшийся аппетит.

– Варенье надо дома варить,– оторвавшись от игры улыбается женщина. Она молодая еще, но какая-то усталая.– Закупка дорогая. Не предлагаем.

– А хрен? – сглотнув слюну, выпаливаю я.

– А хрен у меня дома на диване валяется. Ленивый безработный хрен,– хохочет женщина. И я тоже разражаюсь смехом.