Если б не было тебя

– Жень, идем есть, – зовет меня мама, заставив отложить в строну тетрадь. Она появляется в дверях, проверить слышал ли я зов. Улыбается, расслабляется видя, как я поднимаюсь из кресла. – Мой руки и к столу. Папа ждет. И Лилька почти приехала.

– Как Лилька? – задыхаюсь. Это же невозможно. Лилька, моя сестра-погодка. Она же погибла два года назад. Разбилась на своем байке. – Мам, Лильки же нет больше. Ты что?

– Господи, какие страшные фантазии, – выдыхает мама, хватаясь за грудь. – Женечка, ты таблетки пил сегодня? Лиля жива и здорова.

Через пятнадцать минут будет. Жень, отец скорее сюда, – кричит мама, не в силах до меня достучаться.

Я не слышу ее. Смотрю на стол, где всего минуту назад оставил дневник моей жены. Тетради там нет.

– Мама, где тетрадь? – помертвев спрашиваю я, едва ворочая губами.

– Какая, милый? – в глазах матери страх. Неприкрытый, животный ужас. Черт, неужели она меня боится? Они не знают чего можно ожидать от ненормального сына. Я и вправду видимо схожу с ума.

– Где тетрадь? – уже ору я, вцепившись в тоненькие мамины предплечья, сведенными судорогой пальцами. – Расписанная птицами тетрадь, мама. Куда она делась?

– Я не брала, не брала. – всхлипывает в моих руках женщина, произведшая меня на свет. – Я же не была даже возле стола. Женечка, милый…

– Отпусти мать, сын.

Отец все же пришел. Нет, скорее прибежал, судя по тому, как ходит ходуном его грудь. Как у старого коня, которого взнуздали для нетрудной, но для него уже непосильной работы.

Он постарел. Господи, как много я упустил. Что я творил все эти годы, если не видел ничего вокруг себя? Кем я был?

– Простите, – шепчу, разжимая руки. Опускаюсь на пол, обхватывая свою бритую голову ладонями, пальцами чувствую шов на затылке. Так и сижу, раскачиваясь из стороны в сторону, как болванчик, пока по квартире вихрем не проносится птичья трель дверного звонка. Он до сих пор тот же самый, что и был в моем детстве, висящий над входом маленький птичий домик, светящийся одиноким окошком, когда кто-то жмёт снаружи кнопку.

Лилька всегда специально долго-долго давила на пимпочку, чтобы я мог попытаться увидеть разливающуюся пением птичку, спрятавшуюся в недрах волшебного скворечника.

Я поднимаю глаза на родителей, не знающих, что делать. Боятся выпускать меня из вида, даже не спешат впускать гостью, ждущую в коридоре. А ведь там моя сестра. Лилька. Ее я тоже даже не проводил в последний путь. Был занят, не помню даже чем.