Приход Чёрной Луны. Покорная королева

Вряд ли он будет спокойно скакать впереди отряда, пока не убедится, что мне ничего не угрожает!

Я никогда не покидала родных мест, стены Скалистого замка были мне домом, сколько себя помню, а теперь прежней жизни конец.

– Вы очаровательны, – промурлыкала Люсия с улыбкой, и я побледнела от слов той, что  вот уже много лет унижала мать. Теперь она добралась и до меня!

Я всё ещё чувствовала взгляд в спину, и мне не хотелось, чтобы новая свита видела принцессу из чужой страны с понурой головой и жалкой улыбкой.

– Благодарю вас, метресса, – произнесла я громко, чуть откашлявшись. Уже то, что я назвала леди так, как обычно называли фавориток за глаза, придало смелости. – Я постараюсь очаровать моего супруга не только внешностью.

– Конечно, ваше высочество, – Люсия заметно скисла, но вскоре эта черноволосая змея с внешностью южных девиц, обольстительно улыбнулась. Значит, сейчас попытается укусить. – Невинность и чистота – сокровища юной девушки и принцессы!

«Но не старой блёклой девы», – хотела она добавить.

Златовласой была моя мать, сёстры и я. А горцы Туманной страны имели пепельный оттенок волос, скорее тёмный, чем светлый.

Впрочем, возможно, в Лесном королевстве свои понятия о женской красоте. По крайней мере мужчины там привлекательны. Все широкоплечи, статны и красивы той мужественной красотой, что отличает орла от павлинов.

– Простите, что вмешиваюсь, ваши величества, – за спиной снова раздался голос коричневого Ворона. – У меня есть приказ моего короля отправиться в путь сразу после пира на рассвете.

– К чему такая спешка, милорд? – на губах матери промелькнула нервная улыбка, похожая на судорогу.

Она вообще слыла особой невесёлой и меланхоличной, но, зная её история, я этому совсем не удивлялась. С чего бы ей быть довольной жизнью рядом с тем, кто пренебрегал её ложем после неоднократного рождения детей?!

– Для Гердарики слово её мужа теперь закон, Анна, – отец раздражённо посмотрел на мать, вероятно, опасаясь, что та расплачется.

– Конечно, ваше величество, – пролепетала она, а потом, не обращая внимание на всех остальных, приобняла меня, будто бы для поцелуя в щёку, последней материнской ласки, и я услышала её горячий шёпот:

– Средство сработает только один раз.

***

– Вы так молчаливы, моя леди! – наклонился ко мне Эсмонд во время пира, и я снова захотела уменьшиться до размеров пичужки и вылететь в окно.