Проклятие замолчавшей королевы

Единственный портрет Рагнара Третьего в нашем замке изображал довольно хмурого темноволосого мужчину, но всем известно, что их рисуют не для того, чтобы показать истинный облик монарха.

– Надеюсь, вам не составило труда найти Портал? Я слышал, что в вашем роду умеют обращаться с Тёмной силой? – в этом вопросе мне послышалось сомнение. Или надежда? Впрочем, не стоило заставлять короля ждать слишком долго.

– Да, Ваше Величество, – пролепетала я еле слышно и замолчала, покосившись на мягкий диван, стоявший в углу.

– И тем не менее вам потребовалось немного больше времени, чем я ожидал, – задумчиво произнёс король.

В комнате пахло хвоей и свежей сдобой. И я осознала, насколько голодна и соскучилась по домашнему уюту. Всё бы отдала, чтобы закрыть глаза и снова оказаться в собственной постели. Мама принесёт чая с чабрецом и мятой и проветрит комнату, впустив студёный воздух, пока моя голова не станет ясной и светлой, а сон лёгким и глубоким.

Горло сдавила дурнота, и паркетные доски перед глазами запрыгали в хаотичном танце.

Я прикрыла глаза, но поняла, что это меня не спасёт. Ещё немного – и потеряю сознание.

– Вам нехорошо? – спросил тот же голос совсем рядом.

Позабыв об этикете и прочих условностях, я вскинула глаза, чтобы посмотреть на того, чьё дыхание чувствовала на своём мокром от испарины виске. Даже попыталась ухватиться за него, чтобы устоять на ногах.

2

Потерять сознание не удалось, поскольку мне в лицо плеснули холодной водой. Дурнота отступила, и потолок комнаты наконец перестал вращаться.

– Вам лучше, ярла? – спросил кто-то хрипловатым голосом. – Я хотел познакомиться с вами как можно скорее.

Я кивнула и попыталась подняться, боясь, что сейчас сюда прибегут толпы народа и примут меня за притворщицу.

– Нет уж, давайте я помогу.

Крепкие руки бережно подняли и перенесли меня на тот самый белоснежный диван из мягкой кожи, на который я украдкой восхищённо смотрела, остановившись, как требуют приличия, на пороге покоев короля.

– Простите меня, Ваше Величество, – произнесла я, почувствовав, что заливаюсь румянцем. А поняв, что смотрю Государю прямо в глаза, покраснела ещё больше.

Он не был красив, как Стилин, и не старался понравиться.