Поцелуй северного ветра

Молочная сестра Славной Лив дёрнула меня за руку. Я обернулась и увидела, что они с Мектильдой пятятся к выходу, но мои ноги словно вросли в мраморный пол. Я хотела быть здесь, слышать и слушать. Что-то такое творилось сейчас, что мои пальцы коснулось привычное жжение, означающее пробуждение Силы.

Я хотела узнать больше. Это было жизненно важно, даже крупицы знания могут спасти жизнь и исковеркать судьбу.

– Ты стал слишком дерзким, Хемминг, после того как вернулся. Что с тобой произошло, ты так и не поведал нам эту историю целиком? – Мужчина с высоким голосом прищуривался и улыбался, но его глаза блестели ярче, чем за всё время разговора.

Иона шикнула снова, подскочила ко мне, дотронувшись до моей руки стеклянной палочкой наподобие той,  что карла Ильма проверяла наши знаки, и пальцы скрючило от боли.

– Иди, мерзавка, не стой, иначе сегодня не сносить головы не только тебе.

Я пошла, словно механическая кукла, ведомая чужой волей.

– Был ранен, а потом Одноглазый Бог коснулся моего лба и залечил раны, – продолжал говорить Хемминг беспечным тоном.

– Может, это был гном Ледяных пещер? —подхватил веселье кто-то рядом с ним.

– Или гнома. Не сердись, Лив, он же вернулся к тебе. Когда уже никто не ждал.

Прежде чем двери столовой захлопнулись перед моим носом, я услышала ответ Сиятельной госпожи:

– Слава Богам! Иногда мне кажется, ты переродился там, на ледяной пустоши. Но я верну тебя прежнего, клянусь, любимый!

2

– Госпожа моя, зря вы так! – Мектильда держалась почтительно, укоряла мягко, словно мать непослушное дитя, совсем без злорадства, без радости за воздаяние по заслугам бывшей принцессе.

Я стала обычной, одной из пришлых дев без роду и племени, но ещё не привыкла к непочтению. И к открытой зависти и злости. Боги нашли чем покарать отступницу даже там, куда не могли дотянуться.

– Что зря? – огрызнулась я и забралась с ногами на кровать. – Боги карают дерзких, верно, но и робким не воздают по заслугам.

Мектильда продолжала стоять, сцепив пальцы в замок.

Стоило выйти из столовой, как варта Иона пинками в спины погнала нас в ту каморку, в которой я и встретилась с Мектильдой. Сейчас, после светлой и просторной обеденной залы, она казалась мне ещё меньше, теснее. Убогая каморка, в которой и слугу поселить стыдно.

Духота стояла такая, что мой лоб в тот же миг покрылся испариной.

– Здесь вообще принято мыться? – спросила я, уткнувшись лицом в колени.