Укрощение ветра

– Она добрая… ба-бу-ля, – по слогам произнесла Агата, словно пробуя новое слово на вкус. – Ялубаб.

– Смотри, что у меня для тебя есть, – мать Бена вынула из пакета плюшевого медвежонка. – Его зовут Тедди.

Лицо девочки мгновенно преобразилось, губы растянулись в улыбке, глазки загорелись игривым огоньком.

– Он говорит? – Агата прижала мягкую игрушку к груди.

– Эх, надо было купить ей говорящую куклу, —сокрушенно всплеснула руками пожилая женщина.

– Конечно, он может говорить, – тут же вмешалась Эрика и подтолкнула девочку к кухне.

Мать Бена пристально следила за гостьей. Когда Эрика усадила Агату на стул, женщина спросила:

– Светлана сама отдала вам Агату?

– Она отдала ее Бену, а он попросил меня.

– Бен?

– Ваш сын, – Эрика упрекнула себя за то, что не заглянула в доверенность, наверняка в ней были указаны все данные Бена.

– Да-да, я поняла, просто давно не слышала его детское прозвище.

Она налила в чашки черный чай, придвинула молочник и разложила в два блюдца сдобную выпечку с разной начинкой, от вида которой Агата округлила глаза и восторженно принюхалась.

– Он вам не причинил боль? – осторожно осведомилась Валентина Семеновна.

– Нет, а мог?

– В обычной жизни – нет, но в такой ситуации… кто знает… ведь его ищут по всей стране.

– Кто ищет? – Эрика застыла в изумлении.

Валентина Семеновна кинула осторожный взгляд на внучку, решая, продолжать ли разговор в ее присутствии или подождать, когда она отправится спать.

– Так вы ничего не знаете о Назаре…

Назар! Наконец-то Эрика узнала его имя. Она все гадала, как же его зовут, даже выдвигала свои версии, но все отмела, так и не найдя подходящего варианта.

После чаепития Валентина Семеновна предложила гостье искупать Агату, мотивируя тем, что самой ей необходимо изучить документы, которые сын передал через Эрику.

В ванной, раздевая Агату, Эрика обнаружила на теле девочки несколько синяков и со злостью выругалась, но тут же прикрыла ладонью рот и с опаской посмотрела на дверь.

– Что случилось? – спросила Валентина Семеновна, заглядывая в ванную. Ее взгляд упал на детское тельце, и женщина побледнела. – Я чувствовала, что она ее била, но не могла доказать – Агата была такой запуганной. Сноха не давала мне ее осмотреть, а когда я стала настаивать, продала квартиру и уехала.