Протокол-17

Почему за тобой вели слежку еще до оглашения завещания? Кто может за этим стоять? Зачем им блокнот? – он встряхивает меня за плечи и кричит: – Говори!

Обычно, если на меня так наезжали, я начинала плакать, но тут меня понесло. Видимо, накопившиеся стрессы и страх за свою жизнь дали обратную реакцию. Сначала мое бестолковое вранье подруге, которое забрало больше сил, чем бег в гору. Затем «Красный код», эвакуация, отрыв на космической скорости, а теперь нападки Руслана. Все это было для меня перебором. Я отпихиваю его от себя и кричу:

– Я не знаю ни о какой слежке! Если б знала, разве ходила бы так спокойно по магазинам?! На счет возможных кандидатур, готовьте ручку и листок, список будет длинным!

Брови Руслана смыкаются, губы белеют, он еле сдерживается.

Мне нужно успокоиться, снизить тон. Терпеть не могу чьи-то истерики, тем более свои. Давненько я так не выходила из себя. Обычно я как тихая водная гладь.

– К вашему сведению, Макс никогда бы не начал эту операцию, если б знал о слежке. Блокнот? Да, это мой блокнот, в нем служебные пометки.

Это ход моего расследования, которое я вела самостоятельно весь последний год. Пока Макс продумывал свой безупречный план, я работала на одного из акционеров «Эпсилона» и проверяла сделки, с помощью которых эта компания заполучила акции холдинга Макса.

Руслан отпрянул, на лице отражается удивление.

– Почему вчера не сказала? Мы говорили о плане, о стадиях реализации, а ты и словом не обмолвилась о том, что сидела в стане врага.

– Я решила не сидеть сложа руки.

Устроилась в инвестиционный фонд аудитором. Эта компания – обладательница самого большого процента акций, я хотела понять за какие заслуги она их получила.

– Ты могла мне это сказать! – рявкает Руслан, лицо снова перекашивается в злобной гримасе. – Почему скрыла?

– Потому что это экономическая составляющая моей работы и к безопасности не имеет отношения!

– Кто-то знал, над чем ты работала, и решил, что за этот блокнот можно убить, – его голос режет меня, как холодное лезвие кинжала.

В этот момент я испытываю необычные ощущения. Он так близко, что меня всю лихорадит от его дыхания, прикосновений и нападок. Руки так и чешутся влепить ему пощечину. Меня это смущает и раззадоривает одновременно. Нужно честно признать, этот тип вызывает во мне бурю новых неконтролируемых эмоций.

– И сильно ошибся. Это просто даты и закодированные номера счетов законных сделок.

Руслан отступает на пару шагов и подбоченивается.