Алхимия лжи

На лице отражается брезгливая гримаса, будто он говорит не о научных достижениях, а об инфекции, которая распространилась среди женщин и отняла их у детей и мужей. Не дождавшись ответа, он громко возвещает, как бы подводя итог всего допроса:

– Она его убила и обставила так, чтобы все думали, что произошел несчастный случай!

Было очевидно, что несчастный случай произошел с его мозгами, скорее всего, в раннем детстве, наверное, мать часто роняла его вниз головой. С Эрхардом несчастный случай в принципе исключен.

Развить тему моей кровожадности комиссару не дают. Приехал Авдеев и весь состав лондонских адвокатов. Я прошу перерыв, чтобы посетить клозет, загаженный арестованными проститутками из Восточной Европы. Возвращаюсь в комнату для допросов, адвокаты уже сидят длинной вереницей вдоль стены и изредка бросают презрительные взгляды на итальянцев. Глава адвокатской конторы Генри Эдвардс начинает речь, видимо, заготовленную еще в самолете, напористо и с вызовом. По мере перечисления причин, по которым он считает задержание его клиентки незаконным, голос нарастает и звучит уже как набат.

Комиссар изучает документ, минуту рассматривает меня крысиными глазками и никак не может понять, какое отношение ко мне имеет Великобритания, ведь на яхту приезжал российский консул. По его словам, ни адвокат, ни я не выказали протест по поводу задержания, поэтому он не видит здесь нарушения закона. Все это выглядит как шапито, моему возмущению нет предела.

Отдавая мой паспорт, комиссар предупреждает, что до результатов предварительного расследования мне рекомендовано не покидать Италию. Личные вещи я смогу забрать только после экспертизы. Конечно, я не собираюсь оставаться в этой стране и ждать, когда квестура соизволит снять меня с крючка, а намереваюсь со всей адвокатской командой немедленно отправиться в аэропорт и вылететь в Лондон.

На выходе из участка меня окружают друзья Эрхарда и наперебой тараторят о подключенных к делу высокопоставленных чиновниках и дипломатах. Со вчерашнего вечера я ничего не ела, у меня кружится голова, и я прошу подать машину.

– Саша, я звонил на аэродром. Самолет на месте. В принципе, мы можем вылететь хоть сейчас. Эрхард не давал о себе знать с момента разворота яхты, —докладывает Олег.