Агнцы Божьи

Если он окажет мне одну очень важную для меня услугу, я готов раскошелиться.

– Услугу? Какую услугу? – насторожился Лопырёв. – Что ты имеешь в виду, кормчий?

– Пусть он арестует попика одного и в острог его усадит, – улыбнулся возникшей в голове затее Андрон. – Двести пятьдесят тысяч за арест его даю и за то, если он продержит его там полгода. Ну как, устраивает тебя моё предложение?

Лопырёв резко дёрнулся, нервно глотнул, облизал пересохшие губы, и…

– Миллион, – сказал он. – Вот моё условие.

– Нет, так не пойдёт, – помотал головой Андрон. – За те деньги, которые я тебе предложил, самарские бандиты живым попа в землю закопают. Но я смерти его не хочу, а вот посидеть в остроге ему бы не помешало.

Лопырёв думал несколько минут, видимо, тщательно раскладывая в уме все «за» и «против». Наконец, придя к какому-то решению, он поскрёб подбородок и изрёк:

– Хорошо, я передам сыну твоё предложение.

– С ответом не медли, – вздохнул Андрон. – Я ведь могу и передумать, если в голову взбредёт иное, менее затратное для меня, решение.

* * *

После завтрака купец Горынин уехал в мастерские. Василиса Павловна, усевшись за стол, стала разбирать свои драгоценности.

Куёлда вынимала их из большой красивой шкатулки и раскладывала перед собой на столе. Сначала она разложила в ряд массивные золотые браслеты, затем в другой ряд ожерелья, а уж потом кольца, брошки, серьги и прочие изделия из драгоценных камней и металлов.

Полным восхищения взглядом купчиха некоторое время любовалась своими сокровищами, водя по ним пальцами, затем всё сгребла в одну кучу и стала складывать отдельно украшения из бриллиантов и драгоценных камней, выкладывая из них какие-то замысловатые узоры.

Около часа Куёлда была поглощена своим занятием, а потом она громким окриком подозвала Евдокию.

Не медля ни минуты, та поспешила на зов барыни и, переступив порог, остановилась. При виде кучи драгоценностей, возвышавшейся перед купчихой, лицо у неё вытянулось, а глаза округлились.

– Подойди, – распорядилась Василиса Павловна, не отрывая глаз от брошки с крупными бриллиантами.

Евдокия мелкими шажками приблизилась к столу, и… Её глаза загорелись от восхищения.

Куёлда вдруг резко повернулась вполоборота и, глядя на неё в упор, неожиданно спросила:

– Почему ты ушла от христоверов, скажи мне? Чем тебе божьи люди не угодили?

Евдокия вся съёжилась от вопроса купчихи. Ей стало не по себе.